– Бабушка, ты ведь нас не съешь? Мама рассказывала, что колдуньи на болотах едят детей, а потом отрыгивают их и превращают в других колдуний, – на одном дыхании выпалил он, а потом быстро юркнул за юбку сестры.
– Дей!
На несколько мгновений в землянке воцарилось молчание. Иона зажмурилась в ожидании реакции вёльвы. И даже приготовилась к тому, что та за слова ее брата выгонит их прочь.
Однако вместо этого хозяйка болот громко рассмеялась.
– Ну и ну, какие же вы презабавные, смертные детишки! – Она выпрямилась и подошла к столу. – За время, пока я живу в этом мире, много чего повидала и услышала, но такое – впервые. Надо же, отрыгиваю собственных детей. Да садитесь вы уже! – Вёльва оглянулась через плечо на троицу гостей. – Поедим, расскажете, с чем пришли. Ненавижу думать на урчащий желудок.
К концу нехитрой трапезы Дей осмелел настолько, что сел рядом с вёльвой на одну скамейку. Пока он сосредоточенно дожевывал ломоть хлеба, хозяйка дома переводила взгляд с одного гостя на другого, внимательно осматривая каждого. Временами на ее лице появлялось выражение глубокой задумчивости.
Не вытерпев, Иона открыла рот, чтобы начать разговор, но тут вёльва встала и отошла к стене в другом конце землянки. Подняв руку, коснулась толстых бревен, и стена исчезла, открыв вид на еще одну комнату. Дей в восторге ахнул, впервые став свидетелем настоящего колдовства.
С их мест за столом было видно, как вёльва ходит по комнате, перемещаясь между книжными полками. Один за другим потрепанные гримуары мелькали в ее руках.
Наконец, недовольно скривив губы, она отбросила книги и встала посреди комнаты. Протянула вперед руки, и ее глаза тотчас подернулись пеленой. Со стороны выглядело так, будто она листает невидимые страницы большого фолианта.
– Нет… нет… и это не то, – бормотала вёльва. В какой-то момент, казалось, она остановилась на определенной странице. – Хм, может быть.
Раздался щелчок. Вёльва хлопнула в ладоши и открыла глаза. Длинные волосы немного вздыбились, но более в облике ничто не говорило о том, что она применяла магию. Вёльва вернулась в основную комнату, и за ее спиной вновь материализовалась стена.
– Ну что же, могу предположить, зачем вы проделали ко мне столь долгий путь. – Она окинула гостей задумчивым взглядом. – А потому у меня для вас есть две новости: плохая и приемлемая. С какой начнем?
Иона сжалась, а затем, встретившись глазами с Вейлином, произнесла:
– Лучше с плохой.
– Ваша связь, – она обвела пальцем круг рядом с ликаном и девушкой, – так сильна, что почти осязаема. В моих руках, да и в руках любого смертного нет власти, чтобы ее разорвать. Таковой обладают лишь боги. Что вы знаете об истоках этой связи?
Отвечая на ее вопрос, Вейлин рассказал легенду о Таре и напавшем на нее волке, опустив лишь некоторые детали.
– Так, значит, наказание… Думаю, ваша связь будет действовать, пока оно не свершится. Пока все ликаны не выплатят свой долг. – Вёльва протянула руку: – Дай сюда ладонь. И ты тоже, девочка.
– Рабство ликанов длится веками. Неужели нет способа покончить с этим? – Вейлин сжал руки в кулаки, начиная раздражаться.
Вёльва проигнорировала его высказывание, продолжая держать ладонь на столе.
– Вейлин, руку! – напомнила она.
Стоило им протянуть руки, вёльва соединила их со своими и закрыла глаза. В комнате вдруг стало темнее, даже пламя свечей и очага слегка потускнело. Вскоре вёльва открыла глаза и сообщила:
– Ни одному живому не под силу разорвать связь. И ни одному мертвому тоже.
– Очередной несвязный бред! – вскочил из-за стола Вейлин, перевернув кружку с чаем.
Желая найти выход, он принялся нервно мерить шагами хижину. А после внезапно остановился.
– А если ты снова заставишь меня забыть? Как тогда, в одиннадцать лет? Я смогу снова жить, не превращаясь в волка. И ей, – он указал на Иону, – ничего не будет грозить.
– Боюсь, более такое невозможно, – покачала головой вёльва, вытирая чайную лужицу на столе. – Во-первых, твой зверь сейчас в активной фазе, он плотно обосновался как в твоем разуме, так и в теле. Больше он ни за что не позволит себя усыпить. А во-вторых, – она вздохнула и провела рукой по волосам, – мои силы сейчас уже не те. После того как проглотила камушек молодости, я потеряла часть способностей. Сейчас я не могу даже обращаться к магии Сейда, дабы спросить у нее о будущем. Природа чтит баланс, даже в таких мелочах.
– К фоморам все это! – В голосе Вейлина слышалось рычание, а зрачки пожелтели. Он резко развернулся на пятках и вылетел из хижины, хлопнув дверью.
– Вейлин!
Иона приподнялась со скамьи, намереваясь броситься за ним, но ее остановила хозяйка хижины:
– Оставь его, пусть проветрится. Тебе попался вспыльчивый волк.
Она встала из-за стола и приблизилась к шкафу. Скрипнула дверца. Через пару мгновений вёльва извлекла тонкую курительную трубку.
– Иона, что такое фоморы? – заинтересованно произнес Дей, наблюдая за тем, как вёльва поджигает едкий табак и затягивается.
– Боги, забудь это ужасное слово! Оно очень плохое.
