– О, моя маленькая сестренка. – Он приблизился, поднял руку и намотал на палец прядь ее волос. Иона постаралась отшатнуться, но не смогла, поскольку ноги будто приросли к полу. – Ты даже не представляешь, сколько раз за эти годы я представлял нашу встречу. Представлял, какой красивой ты, наверное, вырастешь. Хоть ты этого и не помнишь, но я был первым мужчиной, которого ты коснулась.
Кайден нежно дотронулся пальцем до ее кожи возле ключиц.
– И все же ты посылаешь меня на ритуал, – буквально выплюнула она.
– Поверь, если бы мог, я бы сам прошел через это, дав шанс родиться своему дитя. Но увы! – Отступив на шаг, он развел руками: – Из-за моего… недуга я не могу обратиться к богам. Они не услышат того, чья душа обладает целостностью.
– Ты обманул меня. А твоя жена посмела коснуться моего брата. Прокляла его! – повысила голос Иона, сжимая руки в кулаки.
– Боги свидетели, я не знал об ее планах, Иона. Но теперь, когда все так обернулось, я могу лишь радоваться ее дальновидности. – Кайден зашел ей за спину. По-прежнему недвижимая, теперь она могла лишь слышать его голос. – Все могло бы быть иначе. Ее место могло бы быть твоим…
В поле зрения вдруг возникла рука Кайдена. Он провел ладонью перед лицом Ионы, будто отгоняя муху. От неожиданности она моргнула, а когда открыла глаза, не смогла сдержать вздоха: алый трон, еще мгновение назад пустовавший, более таким не был. На нем в лучах утреннего солнца восседал Кайден. Без своих привычных одежд, в белом, расшитом золотыми нитями кафтане, он выглядел словно сам бог солнца, Езус, спустившийся к смертным. Вот лорд повернулся и с улыбкой протянул руку стоявшей подле него женщине. Ошеломленная Иона узнала в ней себя: богатые одежды, собранные в красивую косу волосы, на тонком запястье золотой торквес.
– И, возможно,
Видение исчезло, и они снова остались одни в темном тронном зале. Перед ней снова появился настоящий Кайден. Выглядел он плохо: тяжелое дыхание, бледная кожа, струйки крови из носа. Он поднял руку и коснулся испачканных губ.
– Прости, дорогая, но времени больше не осталось. Ни у тебя, ни у меня.
– Мы уйдем оттуда, как только я вернусь.
– Уверяю тебя, в этом больше нет нужды. Я знаю, ты ни за что не оставишь своего милого брата на растерзание Анку. Мои условия прежние: благослови моего ребенка в следующее новолуние у старого дуба. Загадай желание о том, чтобы он родился и выжил. – Все вокруг них подернулось рябью. – А если не придешь… те, кто проклят подобной связью, умирают мучительно.
– Не трогай моего брата!
Иона почувствовала, что снова может двигаться.
– Его жизнь в твоих руках. Буду ждать!
Она замахнулась, чтобы ударить Кайдена, но тот растаял, словно дымка. Через мгновение на нее обрушилась громкая музыка и запахи имбирного эля. Резко распахнув глаза, Иона поняла, что вернулась в Медовый зал.
Чувствуя, как ее трясет одновременно от страха и ярости, Иона покрутила головой в попытке прийти в себя. Судя по тому, что в зале играла та же мелодия, что и до беседы с Кайденом, отсутствовала она всего пару минут.
– …эль закончился, так что придется довольствоваться медовухой. – Рядом с ней глухо стукнулась о стол деревянная кружка. Подошедший Вейлин сел на лавку и отпил из своей. – Прости, что так долго. Возле бочек такая толпа, что я… – Он осекся и внимательно посмотрел на Иону: – Что-то не так? Ты жутко бледная.
Она открыла рот, чтобы рассказать о своем видении, юноше и Кайдене, но в последний момент передумала. Этот разговор ровным счетом ничего не изменил. Кайден четко дал понять, что в погоне больше нет смысла. Он все точно рассчитал. Иона горько усмехнулась и, бросив взгляд на свою ладонь, невольно вспомнила, как совсем недавно к ней прикасался Вейлин. Если ее виллем узнает о беседе с лордом, этот вечер будет безвозвратно испорчен, растоптан тяжелыми мыслями о надвигающейся трагедии. Утром. Иона все расскажет ему утром. А сейчас…
– Я в порядке.
Взяв кружку, она сделала изрядный глоток медовухи. Приятная сладость тотчас окутала рот, обдав горло хмельным теплом. Все еще не сводя с нее подозрительного взгляда, Вейлин молча отпил из своей кружки.
– Ты уверена, что…
– Потанцуй со мной.
– Ты серьезно?
– Да. Потанцуй со мной, Вейлин.
Что-то в ее лице остановило поток вопросов. А потому он лишь медленно кивнул и протянул Ионе руку.
Заиграла нежная мелодия, и четыре пары закружились в медленной версии хорнпайпа[15]. Выстроившись в линию, мужчины и женщины менялись местами и кружились. Ко второй части танца каждый остался со своим партнером. Иона прикрыла глаза, позволяя своему вести. С каждым его движением, с каждым касанием она ощущала незримое облегчение. Как будто руки Вейлина стирали с ее тела следы, пусть даже незримых, прикосновений Кайдена.
