Алиенора понимала, на что он намекает, эта мысль сразу же пришла и ей на ум. Душа. А может, даже Клинок.
В их разговор неожиданно вмешался Аэль, в его голосе звучали твердость и мудрость, которых девушка в нем не подозревала.
– У нас нет выбора, – признал он. – Элиандару нужна Ундина, Ундине нужны мы, а нам нужна помощь сильфов, чтобы выбраться из леса. Это же очевидно.
Охотница вновь удивилась переменам в товарище. Она начинала догадываться, что он не так прост, как кажется. Иногда юношу отличало зрелое и самостоятельное суждение, даже проблески поразительной мудрости, выдававшие в нем взрослого человека. А в следующую секунду он опять впадал в свойственные ему наивность и невежество, и мужчина начинал вести себя как мальчик.
Алиенора не могла его понять, как бы ни старалась. Она не хотела признавать, что Аэль вызывал у нее интерес – все-таки слишком велика была разделявшая их пропасть, – но при этом, как ни странно, девушка ощущала какую-то связь с ним. Она гордилась своей замкнутостью и неприступностью, но в этом юноше крылись тайны, которые ей хотелось разгадать. Инстинкт подсказывал страннице, что он, как и сама Алиенора, что-то ей недоговаривает.
Она пообещала себе больше не недооценивать парня. По мере сил.
Алиенора вдруг поймала себя на том, что все это время смотрела Аэлю прямо в лицо, а он до сих пор не отвел взгляда. Странница терялась в синем как океан взгляде аристократа, где жизнь сверкала ярче сапфира. Как бы она ни старалась, Охотница не могла почувствовать его Душу, как будто глаза преграждали ей путь. Но не улавливала она во взгляде молодого человека и ту жестокость, приземленность, которую так легко читала в других Душах. Юноша определенно был интересен Алиеноре.
Она покачала головой.
Аэль был прав. Сейчас выбор был для них непозволительной роскошью.
Алиенора повернулась к сильфидам.
– Мы спасем Ундину.
Улыбки надежды расцвели на лицах хранителей Элиандара, многие закивали ей, а некоторые дети леса даже начали радостно танцевать.
Охотница смотрела на этих мудрых и сильных своим единством существ и думала о том, как же они беспомощны и уязвимы вдали от духа воды.
– Мы спасем ее или погибнем, – добавила девушка шепотом.
Аэль приблизился к Алиеноре со спины, и ветер, гулявший в древних деревьях, небрежно смахнул несколько светлых прядей ему на глаза.
– Все будет хорошо, – нежно сказал Хранитель девушке.
Он уже собирался положить ладонь спутнице на плечо, когда Лез кашлянул. Девушка повернулась и отошла на безопасное расстояние.
– Знаю, – ответила она более резко, чем хотелось бы.
Аэль опустил руку, когда Алиенора отвернулась от него. Конечно, ему и самому следовало обо всем догадаться – юноша ведь слышал ее разговор с Лезом. Теперь между ними больше ничего не будет как прежде. И все-таки Хранитель рискнул восстановить связь между ними. Во взгляде Алиеноры читалось такое изумление, когда они смотрели друг другу в глаза, что Аэль поверил. Хотел поверить…
Хранитель покачал головой. Глупец. Аэль украдкой глянул на прислонившегося к стволу Леза. Конечно, теперь все зависело только от него. Он пришел и разорвал ту связь, которая только установилась между ним и Алиенорой, как лишняя песчинка рушит хрупкое равновесие чаш весов. Аэлю было плевать, что этот человек спас жизнь им обоим. Его неприязнь крепла с каждым днем, и юноша знал: ничто ее не искоренит. Никогда.
Аэль медленно удалился в глубь Элиандара под внимательными взглядами сильфид. Наконец он не слышал ничего, кроме едва слышного шороха, издаваемого существами вокруг, и стука собственного сердца в глубокой тишине.
Хранитель опустился на землю, как теряющий сознание падает в забытье. Он лег на мягкую траву, подложив руку под голову. Взгляд Аэля терялся в кроне деревьев. Ветви и листья тесно переплетались в вышине. Но солнечным лучам все-таки удавалось пробиться сквозь зеленый полог и ловко сплести завесы из золотых кружев, ниспадавшие до самой земли.
Парень вспомнил взгляд Лазериана. И смежил веки. Какую миссию Академия Хранителей возложила на плечи его друга? Наверняка что-то важное и достойное его таланта.
Аэль тихо вздохнул.
Как же ему не хватало друга рядом – именно сейчас, но их встрече придется подождать. Впереди у Аэля еще долгий путь, к тому же он и предположить не мог, сколько ему придется защищать лорда Валериоса.
Молодой человек ненавидел Охотников.
Он ненавидел этих лживых и дьявольских существ, которые убивали по всему Венальмору и отобрали у него самого часть жизни.
Юноша встряхнул головой. Да что же на него нашло?
Он ведь так гордился званием Хранителя, это его предназначение. Он…
Широкий шершавый язык оставил влажный след на щеке Аэля, и он распахнул глаза. На него смотрели большие карие глаза Изиды, лошадь склонила над ним внушительных размеров голову. Парень улыбнулся кобыле.
– Она скучала по тебе.
Аэль поднялся.
Алиенора стояла в нескольких метрах от него, за каштаном, скрестив руки на груди и расправив длинный плащ за спиной. Хранитель заметил, что на ее поясе уже висят кинжалы и клинок.
