Алиенора улыбнулась.
Она была благодарна Шарлезе и с нежностью вспоминала о своем прошлом, о своем обучении. Брагалю было не так-то просто управиться с сиротой, которая жаждала мести, да еще и была остра на язык и отличалась завидным упрямством. Но он довольно быстро нашел способ завоевать любопытство юной Охотницы и удержать внимание, пускай порой ему приходилось прибегать к помощи скорее силы, чем хитрости.
В памяти Алиеноры всплыло лицо Диклана – мальчика, что казался младше своих лет, но таил во взгляде мудрость и силу, которые приобретаются только при столкновении с ужасами этого мира.
У девушки не было ни малейших сомнений: когда мальчик завершит обучение и принесет клятву, из него получится первоклассный Охотник.
За окном раздался удар медного колокола, и птицы взметнулись в пасмурное небо над Черным островом.
Алиенора подняла тюль и извлекла платье из белой картонной упаковки. Ее легкие пальцы нежно сжимали кроваво-красную ткань. Она бросила влажное полотенце на лакированный деревянный пол и надела бальное платье. Подойдя к зеркалу в полный рост, закрепленному на шкафу, Охотница спустила черную атласную ленту от лопаток до поясницы.
Корсет из тонкого темного кружева идеально очерчивал грудь, делая акцент на талии и изгибе бедер. Легкий красный шифон ниспадал до самого пола, расходясь книзу, ткань была усыпана бисером и вышитыми цветами. В складках нижней юбки Охотница обнаружила незаметный карман, в котором запросто можно было спрятать кинжал.
Алиенора улыбнулась. Шарлеза действительно все продумала.
Девушка взглянула на себя в зеркало.
Ее волосы, казавшиеся темнее обычного от влаги, рассыпались по голым плечам. Несколько прядей упали на глаза, отчего взгляд казался диким и непокорным – особенно на контрасте с изысканным платьем.
Странница присела на подоконник. На Лайюну опускался вечер, изгоняя последние солнечные лучи и окутывая город тенью. Девушка посмотрела вдаль, где мрачные шиферные крыши сменялись высокими куполами из голубоватого стекла и где, наверное, находился Аэль. Интересно, что он сейчас делал, вернувшись в этот залитый светом мир, в мир богатства, среди которого он вырос и которое было ему так дорого? Занял ли юноша уже тот пост, который приготовил для него отец?
Алиенора подтянула колени к груди и обхватила их руками. Какое положение может занимать мальчик из знатной семьи на проклятом острове Лайюна?
Город у подножия дворца погружался в тень, лишь последние отблески дневного света играли на куполах самых высоких построек. Близилась ночь, а вместе с ней – неприятности.
– Аэль, ты готов? Лорд Валериос ждет всех, чтобы дать последние распоряжения.
Аэль кивнул и оторвался от окна. В дверях стоял Нел в тех же сине-золотых одеждах, что и он сам, но в полумраке рыжие волосы Стражника имели более темный, почти красноватый оттенок.
Аэль взял с кровати меч, сунул его в ножны, прикрепленные к поясу, и последовал за Хранителем.
– Первые гости прибудут с наступлением ночи. У нас будет не больше четверти часа, – сообщил Нельвинн, бросив взгляд на одно из высоких окон в коридоре.
Четверть часа.
Через четверть часа начнется миссия Аэля, к которой он готовился всю жизнь.
– Вот, – сказал Нел, сунув ему что-то в руку, – это для завершения наряда.
Аэль озадаченно поднял бровь.
– Маска?
– Да, Тиеран, – улыбнулся Нел. – Бал Душ – это маскарад как-никак.
Он уже натянул собственную полумаску. Она была украшена цветами Хранителей: на сапфирово-синем атласе поблескивали золотые нити, а крепилась она черной лентой.
Юноши спустились по лестнице, пересекли несколько коридоров, прошли под аркой, и, наконец, Нельвинн толкнул дверь. Они вышли в некое подобие зала – прихожую, где их уже ждали пятеро Хранителей в костюмах и масках. Они стояли перед боковой дверью, которая должна была вести в личные покои Валериоса.
