– А я им тоже сделал. Вот! – он показал вторую, точно такую же исполнительницу желаний. – Я тут подумал… Все говорили про добрые дела, пожелания, и мне захотелось, чтобы и у вас была самая настоящая волшебная палочка. Она для вас всё сделает! Все мечты исполнит. Да, да! Не верите? Проверьте дома!
– Спасибо огромное, Максимка! Ну а теперь – одеваться.
Вечером, когда за детворой приходили родители, Наташа радовалась за них от души. Столько восторга и предвкушения праздника было в детских глазах! Сегодня за ребятами в основном приходили папы. Мамы наверняка были заняты приготовлениями к празднованию. Папы шутили и торопили своих детей, помогали им одеваться. Шумно прощаясь, все поздравляли Наташу с праздником и уходили домой радостные и счастливые.
«Да, жаль, что у меня в детстве не было таких счастливых моментов с папой. У меня и папы-то не было, не то что моментов. Где он, кто он? Понятия не имею вообще! Всегда жила только с мамой. Но, она мне не устраивала таких шумных встреч никогда», – думала Наташа, собираясь домой. Она вышла на улицу из здания детского сада и вдохнула свежий морозный воздух. Варежкой поймала парочку снежинок, полюбовалась ими и вздохнула.
Из сумки выглядывал Максимкин подарок.
– Не верите? Проверьте. Чудеса всегда рядом… – бубнила Наташа себе под нос. – Да что я похожа на наивную девочку? Сейчас вот взяла всё бросила и поверила!
Палочка при свете уличных фонарей сверкала мишурой. Она как-то грустно и одиноко лежала в сумке. «Волшебница» была такая же одинокая, как и Наташа.
Мама, Мария Анатольевна, жила далеко отсюда. На Новый год у Наташи не получилось поехать к ней. Билеты были только на 2 января. А до этого надо как-нибудь занять своё одинокое существование. К подруге Тане Наташа тоже не пошла. Все гости будут по парам, а у Наташи нет ни одной подходящей кандидатуры на роль верного спутника. А уже пора бы, двадцать шесть лет – это не шутки!
– А может, я всё-таки похожа на наивную девочку? – осторожно произнесла Наташа и достала подарок из сумки. – А чтобы я загадала, интересно, если бы палочка действительно была настоящей? Чего мне хотелось в детстве больше всего?
Наташа шла по заснеженным улицам и думала о желаниях. Настроение немного поднялось, и она стала даже размахивать детской поделкой, выделывая в воздухе кренделя и загогули.
«Да, сложновато это, загадывать желания. Как это у моих малявок получается так быстро и мастерски заказать то, чего они хотят больше всего? Мне, например, в детстве как-то хотелось получить на Новый год огромного белого медведя с витрины магазина. Он сидел за стеклом и удивлённо смотрел на проходивших мимо прохожих. Я стояла у витрины по полчаса, пока меня мама за руку не уводила оттуда. Я просила маму купить мне этого медведя. На что всегда получала отрицательный ответ, и слова, что он не продаётся. Не продаётся, значит, заказывается на Новый год!
Потом я мечтала о железной дороге. Все девочки просили у родителей кукол, а мне дорогу подавай. Я хотела усадить всех своих пупсов в вагоны и возить их до тошноты по одному и тому же маршруту. В те времена игрушечная железная дорога была большой редкостью.
Я, конечно, тоже писала письма Деду Морозу. Сначала долго льстила ему, описывая, какой он прекрасный, добрый, весёлый и красивый, наконец. Потом подробно рассказывала в письме, какой чудесной девочкой я была весь год. Напрашиваясь на самый лучший в мире подарок, я не скупилась на хорошие слова в свой адрес. Я всё-таки смутно надеялась, что Дед Мороз, конечно же, не следит за всеми ребятами в мире, как говорила мне мама. И о моих детских шалостях, таких как разбитая вдребезги мамина ваза, разрезанная мною на ровные лоскуты новая штора, потерянные опять-таки мамины золотые серёжки, он об этом и слыхом не слыхивал. Я ведь так хотела быть самой красивой девочкой во дворе! И я свято верила, что Дед Мороз знает всех детей только по их письмам. Значит, надо крайне лояльно всё изложить и немножечко ввести его в заблуждение. Потом я писала о том, какой подарок хочу.
Но ни медведя-гиганта, ни железную дорогу я так никогда и не получила. Поэтому разуверилась в этом дедуле. И с тех пор не читала стихов, стоя на табуретке и вообще перестала верить в чудеса, тем более в Деда Мороза».
Так Наташа, раздумывая и вспоминая, дошла до своего дома. Она поднялась на четвертый этаж и достала ключ от входной двери.
Отряхнув снежок с шапки и пальто, Наташа вошла в квартиру. Стоп! Откуда свет в кухне? Она насторожилась и тихонечко стала красться. Потом вернулась, вооружилась шваброй и, выставив её вперёд трясущимися руками, направилась к источнику света.
За столом, спиной к Наташе, сидел мужчина в красной шубе и ел приготовленный заранее к празднику традиционный «Оливье».
– Эй, вы кто? – дрожащим голосом спросила Наташа.
– Что, не видишь, Дед я, – даже не поворачиваясь, наглым образом продолжая жевать и чавкать, ответил ей мужчина в шубе.
– Эй, какой ещё дед? Товарищ, вы не ошиблись адресом?
– Что ты заладила «Эй да эй!»? Других слов, что ли, не знаешь? Да и товарищей уже нет давно, господа все теперь.