К этому времени слава Тюхэя как превосходного учителя распространилась далеко окрест. Среди друзей Тюхэя был знаменитый Сионоя Тоин[138]. Внешней статью ни он, ни Тюхэй не отличались, и когда они выходили вдвоем на прогулку, то люди шутили, что зад высоченного Сионои вздымается к облакам, а голова коротышки Тюхэя Ясуи прячется где-то в траве.
Непритязательный по натуре, Тюхэй и в Эдо вел скромный образ жизни. Перед поступлением в колледж «Сёхэйко» он некоторое время квартировал в малой усадьбе клана на улице Сэндагая, потом поселился в главной усадьбе клана на улице Сатосакурада, откуда перебрался в придел храма Дзодзёдзи; и всюду сам готовил себе еду. Решив окончательно поселиться в Эдо, он подумывал о том, чтобы построить собственный дом, но пока опять нашел приют на улице Сэндагая. И только после того, как в малой усадьбе случился пожар, он купил дом на улице Гобантё – дешевый, всего за двадцать девять май[139].
Осаё он вызвал в столицу после еще одного переезда – с Гобантё на Каминибантё. Там, в наемном доме под названием «Санкэйдзюку»[140], внизу располагались маленькие комнаты в три и четыре с половиной татами, а наверху находился кабинет, украшенный свитками со старинными изречениями в рамках из пятнистого бамбука, которые он привез с собою из родных мест.
Тем временем Тюхэю минул сорок один год, а Осаё – двадцать восемь. Вслед за Сумако у них родились еще две дочери – Михоко и Томэко, но Михоко вскоре умерла от какой-то детской болезни. Так что в «Санкэйдзюку» Осаё приехала с одиннадцатилетней Сумако и пятилетней Томэко.
В ту пору у них не было ни одной служанки, Осаё готовила еду, Сумако ходила за провизией в лавку. Торговцы не всегда понимали ее провинциальный говор, так что нередко девочка в слезах возвращалась домой ни с чем.
Поглощенная хлопотами по хозяйству, Осаё не заботилась о своей внешности. И тем не менее в ней можно было узнать былую Комати с холма. Однажды к Тюхэю наведался некто Куроки Магоэмон. Прежде он занимался рыболовством в заливе Оби-Сотоура, но потом как большой знаток природы был приглашен консультантом в столицу. Осаё подала им чай и удалилась. Магоэмон проводил ее взглядом и с ехидной ухмылкой спросил:
– А что, профессор, эта дама – твоя супруга?
– Жена, – спокойно ответил Тюхэй.
– Скажи пожалуйста! Образованная женщина?
– Нет, никакого особенного образования она не получила.
– Как видно, супруга оценила твою ученость!
– Почему ты так решил?
– А как же: такая красотка и пошла за тебя замуж. – Тюхэй не мог удержаться от смеха, его позабавила нагловатая лесть этого Магоэмона. Он обыграл его в шашки го и на том распрощался.
В тот год, когда Осаё приехала в Эдо, Тюхэй опять перебрался в новый дом, теперь на Усигомэмицукэ; купил его всего за десять рё. В доме была комната с нишей, размером в восемь татами, выходившая на веранду; комнаты в четыре с половиной и в два татами, а также коридор с деревянным настилом. Свой письменный стол Тюхэй поставил в самой большой комнате, загромоздил ее книгами и там занимался своими штудиями. В ту пору он пользовался книгами из хранилища Касимая Сэйбэя на улице Рэйгандзима.
Великий ученый собственной библиотеки не заводил. По натуре бережливый, он, тем не менее, на повседневных расходах для семьи не экономил, и много денег на покупку книг не оставалось. Взятые на время книги по прочтении он возвращал в хранилище, сделав необходимые ему выписки. Чтобы позаимствовать книги, он ездил и в Осаку, и в Сибу, где тоже были книжные хранилища. В тот же год умерла его третья дочь Томэко, но родилась четвертая – Умако.
На следующий год князя Оби назначили Главным церемониймейстером при сёгуне, а Тюхэю предложили должность его помощника. Из-за плохого зрения Тюхэй отказался от лестного предложения. Глаза и впрямь были не в порядке, поскольку много лет ему приходилось читать при слабом освещении.
Еще через год Тюхэй снова сменил жилье, на сей раз он перевез старый дом из района Усигомэ на улицу Нагасакаурадори в Адзабу. Обосновавшись на новом месте, Тюхэй предпринял развлекательное путешествие на остров Мацусима. Облачился в короткие хакама и скромное голубое хаори, заткнул за пояс два меча с серебряной насечкой, на голову надел шляпу из осоки, на ноги – соломенные сандалии и тронулся в путь.
К его возвращению Осаё разрешилась от бремени в пятый раз – впервые родился мальчик, которого нарекли Тодзо. Вырос он весьма миловидным юношей, похожим на мать – Комати с холма, – и весьма одаренным. Все предрекали ему – как сказано в главе 29 «Кимбун сёсё»[141] – стать «покорителем мира». Однако в возрасте двадцати двух лет его, увы, сгубила холера.
