Двумя годами позже супруги временно поселились в главной усадьбе княжества, затем переехали на Бантё-Содэфуридзаку. В ту зиму уже тридцатитрехлетняя Осоё родила второго сына – Кэнскэ. Поскольку молока у нее не хватало, ребенка пришлось отдать кормилице – в пригород Дзосигая. Вырос Кэнскэ с лица невзрачным, похожим на отца. По достижении зрелости он принял имя Андо Экисай и занимался врачеванием в Тоганэ и Тибе. Одновременно преподавал китайскую науку. В двадцать восемь лет в припадке врожденной неуравновешенности покончил с собой. Его могила находится при храме Дайнити в Тибе.
Когда в бухту Урага вошли американские военные корабли и в стране возник страшный переполох, Тюхэю было сорок восемь, а Осаё – тридцать пять лет. Как выдающийся ученый, Тюхэй был известен на всю страну под псевдонимом Соккэн. Тогда, в водовороте событий, он едва уцелел.
Клан Оби назначил его на должность советника, в сорок девять лет он разработал хитроумный план береговой обороны. Уже в пятьдесят четыре года он познакомился с Фудзитой Токо[142] и был представлен князю Мито Кэйдзану. А в возрасте пятидесяти пяти лет в ответ на угрозу Перри[143] он разработал «Проект обороны залива от иноземцев». Однако администрация клана проект отклонила, и он подал в отставку. С этого времени он уже не считался советником, а был всего лишь управляющим, хотя круг его обязанностей, по существу, оставался прежним. В пятьдесят семь лет он представил план освоения Эдзо[144]. В шестьдесят три года подал главе княжества прошение об отставке со всех постов. Это как раз совпало с убийством старейшины Ии[145] и кончиной князя Мито Кэйдзана[146].
За двенадцать лет до этого он перевез семью на улицу Хаябусатё, но не прожили они там и года, как случился пожар. Тюхэй продал земельный участок и остатки имущества и переехал с семьей на Банте; позже он переселился в район Кодзимати на улицу Дзэнкокудзидани. Еще на Банте он каллиграфическим почерком написал на полоске бумаги себе в назидание: «Не вникать в пограничные проблемы» – и повесил в кабинете.
В сорок пять лет Осаё серьезно занедужила, но поправилась. А в пятьдесят снова слегла и на четвертый день нового года скончалась. Ее мужу Тюхэю было тогда шестьдесят четыре года. Итак, у них было два сына, – недолго проживший Тодзо и Кэнскэ. Остались в живых две дочери. Сумако вышла замуж за Танаку Тэцуноскэ – вассала дома Акимото, но потом получила развод. При посредничестве Сионои вторично вышла замуж за самурая Накамуру Тэйтаро[147] родом из Симабары провинции Хидзэн, который вошел в историю под своим вторым именем Китаарима Таро. Позже он умер в тюрьме, после чего Сумако с двумя детьми – девочкой Оито и мальчиком Котаро – вернулась в дом отца. Четвертая дочь Тюхэя – болезненная Умако – скончалась в двадцать три года, пережив мать лишь на семь месяцев.
Что за женщина была Осаё? Всю свою жизнь она посвятила Тюхэю – человеку скромному и неприхотливому – сама тоже довольствовалась самой простой одеждой. У них был родственник по имени Ясуи Риммэй, проживавший в Кофусэ. Так вот жена этого родственника, Осина, в годовщину смерти Осаё преподнесла Тюхэю бумажное кимоно в полоску. Как видно, шелков Осаё не нашивала.
Целиком посвятив себя мужу, Осаё не чуралась никакого труда и ничего не требовала взамен. Одевалась просто, жила скромно, не помышляла ни о лакомствах, ни о развлечениях.
Сказать, что она была простушкой и ни в чем не понимала толк, – так ведь трудно поверить. Трудно поверить, что все было ей безразлично, что у нее не возникало никаких потребностей – ни плотских, ни духовных. Видимо, Осаё была одержима единственным желанием, перед которым меркло все остальное. Люди, умудренные житейским опытом, наверное, скажут: она желала успехов мужу. Возражать против этого не стану и я, пишущий эти строки. Но если кто-нибудь намекнет, что торговец вкладывает капитал в расчете на прибыль, а Осаё с таким же расчетом вкладывала в мужа свое терпение и труд, да рано умерла, не вкусив плодов, – против этого я решительно восстану.
Осаё, бесспорно, лелеяла надежды на будущее. До самой кончины ее красивые глаза всегда были устремлены вдаль. Возможно, она не успела даже почувствовать приближения своей смерти? Возможно, надежда ее была такого свойства, что она и сама не смогла бы объяснить ее суть?
На шестой месяц после кончины жены шестидесятичетырехлетний Тюхэй был приглашен на службу в Эдоский замок. Два месяца спустя он получил аудиенцию у самого сёгуна Токугавы и был назначен на должность Главного управляющего, на следующий год он удостоился высокого положения Главного советника. Таким образом, Тюхэй стал прямым вассалом Верховного правителя, а его сын Кэнскэ получил должность в клане Оби. Позже он тоже преподавал в колледже «Сёхэйко». Что касается продолжения их генеалогической линии в клане, то у Сумако была дочь Ито, которую в четвертом году Ансэй выдали за Такахаси Кэйдзабуро; но век этих молодых супругов оказался недолгим. Главою семьи Ясуи стал Котаро, сын Сумако.
