Здоровенный, рябой громила, бросив меч и шлем на траву, зажал под мышкой мычащую и дергавшуюся девицу и задрав ей на голову подол, пускал слюни, утробно ворчал и, похлопывая по необъятному белому заду, с вожделением наблюдал, как его соратник, спустив штаны, готовился овладеть им. Еще двое пытались справиться с визжащей и метающейся во все стороны, как куропатка в когтях орлана, девицей. Но пока к их достижениям можно было отнести лишь разорванный лиф, оголивший упругие юные груди. Но вот, их жертва, запутавшись в длинных юбках, упала на землю. И небеса разорвал истошный женский вопль, ему вторил торжествующий мужской гогот. Еще мгновенье - шелка жалобно затрещали, открывая доступ к желанной плоти. Еще двое, под руководством одетого в лакейскую ливрею слуги, пытались вздернуть на ближайшем суку старика в серой сутане.
"Ну и дела! За неделю две банды! У Рыжего в Торинии пожалуй, поспокойней!" - успел подумать Леон, прежде чем в его руках запел Ratriz.
Увидев свалившегося невесть откуда на их головы демона, разбойники оцепенели. За этот миг Барель успел прикончить троих: одного, копавшегося в сундуке; рябого, так и не успевшего оторвать взгляд от шикарного, бело-молочного женского зада, и его собрата, все же успевшего им овладеть. Последнему, он смахнул голову, покатившуюся по траве, словно кочан капусты. Безголовое тело все еще продолжало стоять, вцепившись скрюченными пальцами в столь дорого стоившие ягодицы.
Первым пришел в себя слуга, одетый в ливрею. Схватив лежащий у ног арбалет, почти не целясь, выстрелил Леону в грудь. На миг раньше, сжавший запястье Ziriz, заставил поднять лошадь на дыбы. Болт угодил ей в бок, и она скинула Бареля на землю. Пока он встал на ноги, вокруг, скаля зубы, уже собрался добрый десяток бандитов. И тут Странник свершил еще одно чудо, до селе невиданное под лучами древнего Ziriza лет с тысячу. Стал раскручивать Vi'zze, казалось навсегда забытую технику эльфийских героев. Ускоряющееся движение вокруг своей оси с ее раскачиванием. Вместо человека с мечом образовался небольшой, но смертоносный, смерч. Его маятникообразное движение завораживало и губило. Никто даже не попытался его остановить.
Во все стороны брызнула кровь, подобно спелым грушам, посыпались тела.
Подоспевшие солдаты Ягура дорезали лишь троих. Прикончить слугу в ливрее не дал Леон.
-- Этого не трогать, - еще срывающимся голосом, не успев восстановить дыхание, прокричал он.
Мир перед глазами все еще вращался, а разум не мог в полной мере оценить содеянное.
Барель знал, что раскручивал Vi'zze так же, как и то, что древние, эльфийское имя взошедшего Оризиса - O'zipiz. Знал и все! И никуда от этого не деться!
Освободившаяся из цепких объятий мертвецов, надрывно завыла, забрызганная кровью, служанка. Она с ужасом смотрела на безголовое тело, пытавшееся ее любить. Раньше, платье накинутое на голову, не позволяло видеть происходящее. Теперь же, ее глазам предстало следствие "Эльфийской пляски смерти".
А вот священник в мышиной сутане, да девица, старавшаяся прикрыть наготу лохмотьями - видели все. Они смотрели на Леона с ужасом. Но каждый, по-своему. Подъехавший Ягур, мельком глянув на становящуюся уже привычной картину побоища, занялся "своим делом".
-- Святой отец... Вы, если не ошибаюсь, отец Дафний.
-- Да, сын мой! Еду в Дак по приглашению его высочества герцога Даниэля. Вас послал на помощь сам Создатель...
-- Да... да, именно он, святой отец! -- глянув в сторону еще пошатывающегося от слабости Странника и подумав, что хорошо бы сразу пресечь мысли о колдовстве, добавил -- Так же, как и вложил в руки Леона Странника карающий грешников меч божий...
-- Истину говоришь, сын мой! Пути Создателя неисповедимы, -- ответил Дафний, смиренно опустив, сверкнувшие непонятным огнем светло-карие глаза. - Не сочти мой вопрос грубым. Откуда тебе ведомо мое имя?
-- Барон Френсис де Мо, -- чуть нагнув голову, представился Ягур. - По воле герцога переписку с его Святейшеством Первосвященником вел именно я.
Барон поймал на себе неожиданно пронзительный взгляд служителя Создателя. Огонь в нем вспыхнул лишь на мгновенье, чтобы тут же утонуть в жидких бесцветных ресницах. Но от взгляда этого, мороз пошел по коже. Такой, не колеблясь, во имя веры отправит на костер пол мира...
-- Святой отец, прошу уступить предназначавшееся Вам место (здесь Ягур специально сделал ударение, желая произвести впечатление) - другому, более того заслужившего. Вас проведут к карете.
Но выпущенная стрела не достигла цели, взгляд Дафния остался бесстрастным.
-- Сын мой! Недостойно благородного рыцаря отвечать жестокостью на жестокость. С нами знатная дама и она нуждается в помощи. Он посмотрел в сторону уже поднявшейся на ноги, девицы.
-- Ее мать, графиня Альгатия любезно предложила мне место в карете,.. а тут вдруг такая беда - грабители...
-- Грабители? -- переспросил Ягур. Ему показалась странной такая близорукость Дафния.
