Танцующие с тенью полностью

Если я принимаю себя, я вижу, что во мне всегда были и есть наклонности как к добру, так и ко злу. В этом принятии я нахожу центр. Я одновременно примиряюсь с фактом зла и посвящаю себя деяниям добра. Когда я допускаю осознание, что я открыт как добродетелям, так и порокам, моя душа расширяется. И тогда я могу играть с противоположностями вместо того, чтобы пугаться их. Исцеляющая игра, которая возникает из практики сближения с тенью, делает тень нашим союзником. «От них меня укроет ночи плащ», — говорит Ромео о своих врагах. Признав и приняв ночь, пока он с любовью глядит на свет, льющийся из окна возлюбленной Джульетты, он делает тьму своим союзником.

Зло есть проявление бессознательной тени в сознательной жизни. Работая над своей негативной тенью, мы увеличиваем свободу выбора действий в повседневном существовании и становимся недостижимы для злого импульса. Никакой дьявол не заставит нас совершить зло. (Тщеславие дьявола — метафора раздувания эго.) Работа с позитивной тенью ведет к большей автономии, поскольку, выполняя ее, мы стремимся не к идеалу совершенства, а к реальности целостности, лежащей в пределах наших ограничений и нашего потенциала. Благодаря этой работе мы становимся достаточно сострадательными, чтобы опосредованно испытывать боль и чувствовать зло в мире, принимать на себя это бремя и нести личную ответственность. И именно так мы в конечном счете искупаем грехи друг друга. Сострадание — это наша позитивная тень, с которой мы подружились, направленная на негативную тень в других людях.

Мы, люди, природой запрограммированы быть ксенофобами, бежать от чужаков и цепляться за тех, кто нам знаком и понятен. А между тем мы слышим от святого Павла такие слова: «Страннолюбия не забывайте, ибо через него некоторые, не зная, оказали гостеприимство Ангелам». В сюжете героического пути герою часто помогает незнакомец или даже враг. Предубеждение делает людей врагами потому, что они чужие. Мы проецируем на них свою личную тень и даже архетипическую тень мира. Осуждение других — это способ избежать конфронтации с собственной тенью. Наши предрассудки и предубеждения делают нас чужими для самих себя. Как же нам познать себя, если мы не верим, что в нас есть все человеческое, как хорошее, так и плохое? Древний философ-неоплатоник Карпократ предложил любопытную идею: прежде чем каждая индивидуальная душа сможет освободиться от своих телесных ограничений, она должна пережить и испытать все человеческие возможности.

Заповедь Христа «возлюби врага своего» призвана отменить исходную программу нашего эго. Христос рекомендует нам объединять противоположности. Мы не должны превращать врагов в друзей, а затем любить их; мы должны любить их как врагов, сочетая любовь с антагонизмом. Безусловно, для человеческого эго с его неизменной страстью разделять и властвовать это непомерно сложная задача. Столкнувшись с ней, мифологический герой обычно обращается за советом к мудрому старцу, или находит какой-нибудь полезный амулет, или просит помощи у того или иного божества. Все это метафоры благодати, необходимой для дополнения наших эго-сил, когда они встречают свою эго-половинку. Еще одна метафора этой благодатной части работы — помощь ангела-хранителя.

А символом внутренней борьбы с нашей собственной тенью является битва с демонами. Такая битва предписывает нам любить врага и внутри себя, а не только того, кто снаружи. Насилие есть результат противопоставления одной стороны себя другой стороне — то же самое происходит на войне. И самыми эффективными миротворцами становятся люди, которые признают внутренние антагонизмы в себе.

Как же нам противостоять этому внутреннему противнику? Прежде всего надо постараться завязать с ним диалог; второй шаг — превратить врага в союзника путем безоговорочного принятия и уважения его уникальных сил и привлечения его к сотрудничеству. В этой работе придется объединить завоевание с капитуляцией, беззащитность с богатыми ресурсами и создать множество других альянсов противоположностей. Просто капитуляция не лучше просто сопротивления. Осознанное столкновение с внутренним врагом заменяет бессознательное игнорирование врага внешнего. Одновременно с нашей личной сознательной работой над собой идет бессознательная работа благодати, которая переформатирует и переупорядочивает нас. Противоположности притягиваются и примиряются даже в результатах этой работы. Любить врага — значит любить себя, ведь враг есть не что иное, как репрезентация нашей собственной тени. Любовь объединяет; страх разделяет. Отказаться от примирения с врагом — значит отказаться от интеграции собственной тени. Именно об этой сложной задаче косвенно говорится в утешительном изречении: «Истинная любовь изгоняет страх».