И третий элемент творчества Лиозновой – он, конечно, связан с социально-производственной драмой. Самые разные оттенки этой драмы представлены, это фильм «Мы, нижеподписавшиеся». По сути дела, это такая вот одна из первых версий советской чернухи, когда благопристойные, казалось бы, герои, оказываются в крайне неприглядной ситуации для себя и открываются с совершенно другой стороны. Ближайшей аналогией здесь является, конечно, ещё фильм “Гараж” Рязанова. И другой оттенок социально-производственной драмы, это драма советской Золушки. До этого советский кинематограф знал только победительную, успешную историю Золушки, это, конечно же, фильм “Светлый путь” с Орловой. А здесь открытый финал, героиня хочет стать актрисой, делает очень многое для этого. Москва встречает её крайне негостеприимно, она отторгнута, она абсолютно не видит никакого понимания очень часто, у неё несчастная любовь и так далее, и так далее. Всё против неё. Она возвращается в свой город, где встречает умирающую мать, и непонятно, что с ней будет дальше. Вроде бы на телеэкране видно, как она поет в каком-то ревю, выглядит великолепно и вроде бы она победила, но никто не может сказать, это ей кажется? И вот эта героиня, сыгранная Муравьёвой, она в ещё большей степени является автобиографической героиней Лиозновой, Лиознова очень часто себя сравнивала с этой героиней, потому что ей очень многое пришлось претерпеть».
Но самое серьёзное, глубокое, многоаспектное исследование творчества Татьяны Лиозновой, как представляется мне, создано Любовью Пайковой. Вот где и вопросы не поверхностные случайных порой журналистов, а стремление понять глубины яркой творческой личности, воплощенные не только в фильмах, но и в раздумьях о нравственности, о роли человека в судьбах народа, об отношении человека к делу, его ответственности перед самим собой и обществом. Любовь Юрьевна считает фильмы Лиозновой, начиная с самых первых, не просто рассказом о событиях и персонажах, а определённым, чуть ли не научным, исследованием жизни и её проблем. Особенно ценно то, что сохранила она немало искренних, обстоятельных ответов режиссёра на самые разные вопросы о творчестве создателей фильмов вообще, и конечно, о работе Татьяны Михайловны над её фильмами.
Так, о фильме «Мы, нижеподписавшиеся» в моей книге приведены уже высочайшие оценки знаменитых коллег по кинематографическому цеху. И тем не менее у Любови Пайковой нахожу интереснейшие рассуждения самой Татьяны Лиозновой и о том, чем привлекла её эта тема, и что замышляла она рассказать в своём фильме, и насколько это ей удалось. Итак…
«Прежде, чем приступить к съёмкам фильма, я со своими коллегами и друзьями (ничего не могу делать, если рядом нет людей, которые меня понимают, верят в меня, разделяют мои убеждения) посмотрела спектакли по пьесе Гельмана у Ефремова во МХАТе, у Плучека в Сатире… Но мой фильм, конечно, не похож, да и не мог стать похожим на спектакли Ефремова и Плучека. Прежде всего потому, что это – фильм. А фильм, кино – это не просто система кадров, склеенных вместе, не просто “крупный план”, “средний план”, “общий план”. Кино – иная мера воздействия на психику человека, на его душу, сердце, мозг, исходя из этого и предстояло насытить фильм тем, чем я его и пыталась насытить, хотя это мне, может, и не везде удалось в той мере, в какой я этого добивалась. С моей точки зрения, требования, предъявляемые к кино, прежде всего касаются подробностей жизни, с которыми неразрывно связан каждый характер, каждый персонаж, и которые, в свою очередь, характеризируют, раскрывают характеры. Отталкиваясь от неоднозначности, неоднородности человеческих судеб, кино, по моему мнению, требует аналогий своим мыслям, наблюдениям в самой окружающей нас жизни. Обобщить, укрупнить их, найти через них дорогу к большим проблемам своего времени – обязанность каждого художника. Только таким путем появляются в нашем деле объём, многозначность, глубина.
Про такого героя как Шиндин, не скажешь, что это “положительно прекрасный человек” (определение Достоевского). Но, прочитав пьесу Гельмана, я для себя решила, что возьмусь за неё, потому что пьеса великолепно вписывается в контекст нашей сегодняшней социальной реальности, – она вызвана к жизни этой реальностью и с особой достоверностью отражает её. Но я поняла и другое, что эта вещь трудно переводима на язык кино, ибо, попросту говоря, написана по законам трёх единств, принятых в классической драматургии. При написании режиссёрского сценария я убедилась в том, насколько жесток каркас пьесы – в неё невозможно “втиснуть” ничего, что не разрушило бы единства места, поскольку драматург подчинился определённому внутреннему закону, а он не нарушаем. Но поставить “Нижеподписавшихся” стало для меня необходимостью именно потому, что то, о чём говорилось в пьесе, те негативные явления нашей сегодняшней жизни, которые исследовал драматург, представлялись мне явлениями, с которыми именно теперь необходимо ожесточенно бороться.
