Лекарь придирчиво осматривал бутылочки с настоями. Смотрел на просвет, дегустировал, понемногу отпивая из каждой бутылочки и едва не поперхнулся, когда я ворвался внутрь. Вообще охрана никого не впускала в шатер без предварительного разоешения короля, но для меня было сделано исключение, и я не мог проходить к королю, только если у него была его жена Беренгария. Ну, или дочь Исаака Комнина, бывшего правителя Кипра, являвшейся вместе с отцом почетными пленниками Ричарда. Завоевание Кипра прошло настолько "мимоходом", что я только диву давался неосмотрительности старого правителя. Английские корабли, проходившие мимо Кипра на пути в Палестину, попали в сильный шторм. Четыре корабля были оторваны от основной флотилии, три из них погибли. Четвертый, на борту которого по стечению обстоятельств находилась тогда еще невеста Ричарда, Беренгария Наваррская, сумел добраться в порт кипрского города Лимасола. Ричард, узнав об этом, попросил Исаака Комнина, провозгласившего себя императором Кипра, вернуть ему невесту и выживших при кораблекрушении людей. Комнин в ответ бросил всех в темницу и потребовал выкуп. Взбешенный Ричард с ходу атаковал Лимасол. В атаке к нему присоединился Ги де Лузиньян, бывший иерусалимский король со своими союзниками. В скоротечном бою город был взят, а экс-император сбежал в горы. Естественно, Ричард его нашел и в свою очередь потребовал выкуп, обещая не заковывать того в железо. Когда деньги были выплачены, король, верный своему слову, одел на Исаака серебряные цепи и забрал с собой на корабль вместе с его раскрасавицей-дочерью, составившей серьезную конкуренцию его невесте, а впоследствии - жене.
Но сейчас королю было не до утех. Малярия постепенно забирала его, невзирая на мои жалкие попытки восстановить его здоровье, основываясь на тех ингриедиентах, которые можно найти в округе. Поэтому сарацинский лекарь брезгливо морщился, нюхая и пробуя мои настойки.
- Понимаю твое недовольство, - сказал я на франка-лингва. Хороший язык, смесь английского, французского и турецкого, используемый для более-менее внятного общения между европейцами и азиатами.
- Я просто удивлен,что у хорошего врачевателя, как про тебя говорили, так мало лекарств, - ответил сарацин, поздоровавшись.
- Все мои настои и травы пропали во время шторма, - ответил я, разведя руками. - Что смог по округе собрать, тем и лечу. Кожура апельсинов, например. Парни иву небольшую нашли недалеко, кору настаиваю. Вот, наверное, и все.
- У меня есть кое-что получше, - улыбнулся лекарь и достал мешочек с порошком. - Сумеешь определить, что это такое?
Я растер порошок в пальцах, понюхал, лизнул. Не пахнет, горький на вкус. Интересная проверка.
- Молотая кора хинного дерева! - выпалил я и улыбнулся, довольный собой. - Воистину, царский подарок!
- Пользоваться умеешь?
- Ну, можно положить порошок в тонкой материи на грудь больного, с потом часть порошка впитается в кожу, и произойдет лечение. Но я бы еще посоветовал принимать порошок на кончике ножа каждое утро, для закрепления эффекта. Теперь мы короля вылечим!
Удовлетворенный сарацин откланялся и вышел из шатра вместе с госпитальерами, а я позвал пажа, надавал ему указаний и занялся врачеванием лежащего в беспамятстве короля.
Утром Ричард очнулся и смог выйти из палатки. По этому поводу было организовано торжественное мероприятие и на день остановили ведение боевых действий против крепости. Беренгария нежно поддерживала властителя под руку, на нее гневно бросала взгляды несчастная дочь Исаака Комнина. Дворяне и офицеры лакомились изысканными яствами, часть из которых была прислана на пир Саладином, а Конрад Монферратский и Ги де Лузиньян снова поссорились из-за престола.
Ги уже был на престоле Иерусалимского царства. Он был женат на Сибилле Иерусалимской, наследнице престола. От него отвернулся народ, когда в битве при Хаттине он потерял и Священный город, и огромное войско, в несколько раз превосходившее по численности напавшую на город армию сарацин. Сам Ги попал в плен, но был отпушен после огромного выкупа и обещания больше не воевать против Саладина.
Конрад Монферратский в это время командовал гарнизоном города Тира и успешно выстоял против мусульман. Ги де Лузиньян попросил Конрада укрыть его в городе. Тот отказал, ответив, что Ги потерял права на престол и уважение в сокрушительном поражении при Хаттине. Решив реабилитироваться, Ги привел свои немногочисленные войска под стены Акры, где от брюшного тифа умерла его жена Сибилла и обе дочери. В это время Конрад оставил Тир и тоже отправился в Акру, на помощь христианам.
Ситуация сложилась двоякая. Ги де Лузиньян, уже став один раз королем,потерял права на престол со смертью своей жены Сибиллы. Конрад Монферратский напротив, женился на сестре Сибиллы Изабелле, тем самым став реальным соперником своего недруга.
