– Но в таком случае каким образом он оказался там? – Она указала вниз на затопленный Отстойник. – Тело ведь явно оставили наверху. Весь смысл в том, чтобы спрятать его в проходе, о существовании которого никто не знает.
Олдройд кивнул.
– Ты права. Помнишь, Энди, как я говорил, что мы вообще не должны были найти труп?
– Да, сэр. Тогда кто же его передвинул?
– Никто. – Олдройд криво усмехнулся.
– Что? Вы меня совершенно запутали, сэр. – Он покачал головой. – Вы также говорили, что мы, детективы, не верим в магию.
– Точно, – согласился Олдройд. – Я вспомнил слова Тима Гроувса, что тело каким-то образом туда попало, и понял, что мы несколько заблуждались, полагая, будто его кто-то передвинул. Скорее уж
– Вы имеете в виду воду? – воскликнула Стеф и указала на поток. – Он вполне мощный и сможет сдвинуть труп.
– Да, хотя явно недостаточно высокий, ниже нашего уровня, – хмуро заметил Картер.
– Не слишком высокий сейчас, – поправил Олдройд. – Вспомни, что в выходные накануне того дня, как нашли тело, лило словно из ведра. Наверняка поток воды оказался еще выше и стремительнее несся вперед. Вода смогла подняться не только до выступа, на котором мы сейчас стоим, но и залилась в туннель у нас за спиной. – Инспектор со всей серьезностью взглянул на подземную реку, будто признавая ее устрашающую силу. – Тело Дэвида Аткинса подхватило, как соломенную куклу, и смыло в главный проход. Дальше коридор сужается, и оно, конечно же, застряло. Именно там его нашли, когда спала вода. Здесь, внизу, это единственная сила, способная двигать камни и менять очертания коридоров. Мысль о воде пришла мне в голову, когда я слушал «Квинтет форели» Шуберта. Журчание ручья помогло понять, каким может быть ответ.
Повисла тишина, нарушаемая только ревом воды.
– Но, сэр… – начал Картер.
– Смелее, Энди, – с улыбкой подбодрил его Олдройд. – Продолжай.
– Как получилось, что вскоре, когда в пещеру спустился Джефф Уитакер с группой, вода уже опустилась так низко?
– Здесь все просто. Вода поднимается и спадает очень быстро. Как только дождь перестает питать поток, уровень последнего вскоре снижается, возвращаясь к нормальному состоянию. Уитакер наверняка следил за погодными условиями и знал, что после пары сухих дней вода спала и через Отстойник вновь можно пройти.
Стеф повернулась к Олдройду.
– Еще один вопрос, сэр. Вы ведь знали, каким образом тело попало в проход, еще до того, как мы сюда спустились?
– Почти не сомневался. Вспомни сделанные криминалистами фотографии. Они стояли внизу, и на некоторых снимках просматривался весь проход до самого потолка. Посветите-ка наверх. – Лучи света от налобных фонарей двинулись вверх, как прочерчивающие небо прожекторы, и замерли на потолке Отстойника. – Что вы там видите?
Каменный свод был изрезан трещинами, кое-где свисали сталактиты. Потом Картер заметил нечто странное, застрявшее в одной из трещин.
– Наверху… кажется, кусок дерева.
– Да, – подтвердил Олдройд. – А вокруг него потолок покрыт коричневатой пеной. Значит, порой вода может подниматься до самого верха прохода, и в какой-то момент этот попавший в пещеру обломок ветки застрял в трещине.
– Очень хорошо, инспектор, – включился в разговор Уильямс. – Вы правы. Похоже, в сырую погоду этот проход в самом деле затопляется полностью. Мы знали, что здесь не пройти после сильного дождя, но никто никогда не видел, насколько высоко поднимается вода. Подобные отметины мы находили и на сводах других туннелей, порой довольно высоких. Представляю, сколько требуется воды, чтобы заполнить такие проходы…
– Кстати, вспомните, – продолжал Олдройд, – что незадолго до смерти Джон Бакстер просматривал на компьютере сводки погоды. Думаю, он пришел к тому же выводу, что и мы, и просто проверял, сколько выпало осадков в тот решающий день, когда обнаружили тело.
– Так он знал о проходе?
– Скорее всего, поэтому его и убили. Должно быть, Бакстер вместе с другим спелеологом заново открыли проход и по какой-то причине решили промолчать. Он понял, как труп попал в Отстойник, и знал, кто может быть убийцей.
– Тот другой спелеолог.
Олдройд кивнул. Картер восхищенно молчал.
– По пути назад вам нужно кое на что взглянуть, сэр, – проговорила Стеф.
Картер, завороженный ревущим темным потоком и неожиданной правдой о том, как тело Аткинса очутилось в пещере, совсем забыл о чудом спасшейся Стеф и обнаруженных в Дьявольском проходе костях.
Стеф показала находку, и Олдройд с Уильямсом осмотрели страшные останки.
– Бедняга, – заметил Уильямс. – Я бы сказал, что он пролежал в проходе много лет.
– И сколько, по-вашему? – спросила Стеф.
– Трудно сказать, – произнес Олдройд. – Тим Гроувс говорил, что в здешних холоде и темноте тела не разлагаются, а просто высыхают и становятся похожими на мумии. От бедолаги мало что осталось. Наверняка он здесь уже очень давно, может, даже больше ста лет. Надо прислать сюда ребят, пусть заберут его для анализа. Не знаю, сумеем ли мы что-то доказать, но я думаю, перед нами тело Альфреда Уокера или Гарольда Лэзенби. Полагаю, что и второй находится где-то поблизости.
