— На каждую болезнь свое лекарство. Видимо, болгарская целительница — не ваше лекарство. Вы позволите мне познакомить вас с советской целительницей? Она делает удивительные вещи. Мою супругу поставила на ноги буквально за две недели.
— Хорошо, выкрою сегодня после работы время. Сможет она приехать? — Леонид Ильич ответил спокойно, но я видел, что его просто распирает от любопытства.
Что-то мне очень не нравится этот интерес Леонида Ильича к экстрасенсам и чудотворцам. Нет, это не личная ревность к «конкурентам», конечно же. Просто не хотелось бы, чтоб вокруг Генсека ошивались всякие шарлатаны и аферисты. История знает немало подобных случаев. Например, Вольф Мессинг при Сталине. А что уж говорить про влияние проходимца Распутина на царя Николая II и его семью.
Возвращаясь в Заречье, Леонид Ильич, как это бывало обычно, вышел из автомобиля за километр от госдачи. Неспешная прогулка располагала к откровенному разговору.
— Володя, у меня все из головы не выходит Ванга. Стараюсь забыть, а оно само возвращается, лезут назойливые мысли. Я ведь не для себя к ней ездил. Первым делом про детей спросил, а она так и не ответила. Да и в целом не понравилась она мне. Бормочет ерунду какую-то, а я ведь хотел по душам поговорить, по-человечески.
— Так порой бывает, Леонид Ильич. Раздули славу, но в сущности ничего за этим не стоит. Я даже удивлялся, вам-то зачем к ней ехать. Со здоровьем у вас, слава Богу, получше стало. И курить больше не тянет. Вес тоже в норму пришел.
— Дети, Володя, дети. Сильно они меня беспокоят. За Галочку вся душа изболелась. Сколько раз кодировали, лечили — ничего не помогает. Пьет, а как в рот хоть капля попадет, так ее на приключения тянет. Я уж столько раз пожалел, что не разрешил ей пойти в артистки. Вертелась бы сейчас под куполом цирка и счастлива была бы. Да и с Кио я поторопился ее разлучить. Вполне положительный человек, сейчас народный артист. А Чурбанова я ей не навязывал, сама выбрала. И все равно ведь ей чего-то вечно не хватает…
— Адреналина ей не хватает, Леонид Ильич. Характер такой. И тут вы правы — крутилась бы на трапеции под куполом цирка, может была бы счастливее.
— Теперь-то поздно что-то менять, — Брежнев недовольно покачал головой, печально вздохнул. — Но со спиртным вопрос надо решать сейчас. Если еще не поздно. Сегодня Байбаков привезет свою целительницу, ты сразу ее ко мне веди. И пригласи Галину, пусть приедет.
— Может быть не стоит так торопиться? Кто знает, вдруг снова как с Вангой получится? — я попытался предостеречь Леонида Ильича, но он отмахнулся:
— Тут за любую соломинку готов вцепиться, когда на моих глазах любимая дочь тонет.
Дальше шли молча и я всю дорогу до дачи пытался вспомнить, кто же из экстрасенсов крутился возле Брежнева? Так и не пришел на ум никто, кроме Чумака и Кашпировского. Только оба они появились сильно позже, мелькали на экранах телевизоров уже в конце восьмидесятых. Сейчас Чумак пока что преспокойненько работает журналистом в агентстве «Новости», в спортивной редакции. А Кашпировский лечит больных в Винницкой психиатрической больнице. «Рассасывать» шрамы у граждан Советского Союза Анатолий Михайлович начнет еще не скоро.
О женщине, которая в шесть вечера появилась в Заречье, я совершенно забыл. А ведь ее имя тоже было на слуху и нередко появлялось в СМИ.
Вместе с Байбаковым из его служебного ЗИЛа вышла высокая, худощавая женщина. Она минуту постояла у открытой дверцы автомобиля, как-то по-хозяйски оглядывая все вокруг. Байбаков подал ей руку и она с благосклонностью царицы приняла ее.
Джуна… Вот о ком я совсем забыл!
Теперь вспомнил, что в Москве она действительно появилась с подачи Байбакова, но в восьмидесятом, уже после Олимпиады. Теперь же Джуна Давиташвили на три года опережала свой «карьерный план». Не знаю, было это как-то связано с моим вмешательством в историю или нет. Но сам я никаких связей тут не сумел проследить.
Определить на глаз точный возраст этой женщины было невозможно. Порой встречаются такие люди, будто застывшие на отметке «чуть-чуть за тридцать». Сколько лет ей в действительности, никто не знал. Одни говорил, что она родилась в сорок девятом году, другие — что в тридцать пятом.
В моей прежней «гуляевской» реальности Джуна сделала прекрасную карьеру (если деятельность экстрасенса можно назвать карьерой). О ней писали в газетах, она выступала по телевидению, была вхожей в дома известных людей. Со временем организовала собственную академию альтернативных учений и объявила себя деятелем магических наук. И деньги потекли рекой. От учеников отбоя не было, а обучение стоило дорого.
Если при Брежневе и Горбачеве она еще придерживалась каких-то рамок, то после прихода к власти Ельцина развернулась вовсю. Я вспомнил фотографии Джуны, увешанной «новоделами» — наградами вымышленных обществ и вновь организованных «дворянских» собраний. Помнил и ее фото в компании известных политиков и артистов. Но только сейчас задумался: а какую роль на самом деле сыграла эта женщина в судьбе нашей страны?
