Комната, в которой находился ломбард, оказалась небольшой, всего метров пятнадцать площадью. Ее разделяла высокая стойка, и место, оставленное для посетителей, было заставлено коробками. Справа от двери стояли два холодильника марки «ЗИЛ», на одном из них пристроился новый цветной телевизор. Яша Ювелир не стал проходить за стойку, а открыл дверь, которую я за холодильниками сразу и не заметил.
— Прошу вас в мой кабинет.
Пройдя за ним в следующую комнату, я будто попал в другой мир. Действительно, волшебная пещера Али бабы! «Кабинет» Яши Ювелира был отлично отремонтирован и не богато обставлен. Большая люстра с хрустальными подвесками освещала просторное помещение. Под люстрой стол круглый стол, накрытый тяжелой бархатной скатертью густого рубинового цвета с черной бахромой по краю. Вокруг стола мягкие стулья с подлокотниками и высокими спинками. У дальней от двери стены расположился массивный кожаный диван, рядом — два не менее массивных кресла. Стена над мягкой мебелью увешана картинами в золоченых рамках.
— Хорошая копия, — похвалил я, подойдя к одной из картин. На самом деле я не разбираюсь в живописи — просто сказал наугад, проверяя Яшу.
— А вы специалист, оказывается? — удивился он. — Не ожидал. Но, знаете ли, хорошие копии ценятся почти так же, как оригинал. А эта принадлежит кисти Михаила Нестерова.
— И вы не боитесь вот так просто мне об этом рассказывать? — удивился я.
— Не боюсь. Вам не выгодно заниматься такой мелочью, как я. Вы, Владимир Тимофеевич, имеете более серьезные аппетиты, чем мелкий жулик Яша Ювелир.
— Не прибедняйтесь, Яков Самуилович. Вы ведь настоящая акула подпольного финансового мира. Один из теневых миллионеров Москвы. Удивляюсь, почему вы до сих пор не в Израиле?
— В Израиле я акулой точно не буду, так — мелкая рыбешка.
Я прошел вдоль остальных стен, рассматривая витрины. Не магазинные, а скорее, музейные. Золотые украшения, предметы искусства, все «дорого-богато».
— Это у меня выставка для рядовых клиентов. А что-то серьезное — это… как бы… индивидуально-эксклюзивно… Может и вам что-то будет интересно? Вот, например, — он прошел к витрине с куклами. — У вас же две дочки? Елена и Татьяна? Не ошибаюсь?
— Не ошибаетесь, Яков Самуилович, — я не стал делать вид, что не заметил скрытой угрозы в его словах. Заинтересованно рассматривая «богатство», которое привело бы моих дочек в неописуемый восторг, спросил:
— Вашу информированность расценивать как намек?
— Что вы, что вы! Я заинтересован в вас, как в потенциальном клиенте. Вы не простой человек и занимаете высокое положение. Глупо было бы упускать возможную выгоду, — с улыбкой ответил хитрый еврей.
Я лишь молча усмехнулся на столь прозрачные намеки.
Продолжая рассматривать фарфоровых кукол, я сосредоточился на том, что было позади витрины. В стене там имелись почти незаметные щели, как от замаскированной двери. Не знаю, пользовались ей или нет, но за этой закрытой дверью несколько человек очень «громко» думали, сосредоточенно и напряженно. И направление их мыслей было уместно скорее для казино, чем для ломбарда.
Судя по всему, там шла партия в покер. Игроки просчитывали ходы, кто-то явно блефовал, кто-то пытался определить блефующих. Особенно интересными мне показались мысли одного из игроков. «Бобков меня порвет», — думал он, продувая игровую партию.
Я прошел с следующему ряду и остановился у старинных сервантов с посудой, которую тоже было впору выставлять в музее.
— Здесь в основном Мейсенский фарфор, но есть один сервиз братьев Корниловых, а вот чайные пары в основном с маркой завода Гарднера, — услужливо разъяснял Яша Ювелир, хотя я его ни о чем таком и не спрашивал. — Товар для определенного круга покупателей. Однако… Вы ведь сюда пришли с конкретным вопросом. Слушаю вас.
— Нет, уважаемый Яков Самуилович, это я вас слушаю. А вы мне сейчас подробно рассказываете о передаче денег Федору Ушакову, он же Федька Адмирал. Особенно подробно рассказывайте, кто вам эти деньги принес. Вариантов два. Первый — вы говорите здесь и сейчас. Второй интереснее — я вас сдаю МУРу, а там есть такой майор Трошин, знаете?
Еврея передернуло.
— По глазам вижу, что знаете. Так вот он ждет не дождется пообщаться с вами.
— С Железной Беллой он уже пообщался, может, на эту пятилетку ему хватит? — Яша ювелир постарался свести тему к шутке, но напрягся. Я не без удовольствия читал его испуганные мысли:
«Боря Цыган сдал что ли? Вот ведь козел! Сам заказал выставить тачку, а потом меня и слил? Но за что? И зачем ему? Разве что его самого взяли за жопу… Вот и попытался откупиться моей персоной…»
Вслух Яша сказал совсем другое:
— Ну что ж вы сразу с угрозами… Я ведь и сам рад сотрудничать! Но дело в том, что Яша Бронштейн — человек маленький. Один попросил сделать, другой подвизался сделать — а я здесь только посредник.
— Так, посредник, давайте ближе к делу. Имя, фамилия, кличка заказчика, — я уже прочел все в его мыслях, но было интересно, что он скажет вслух.
