— Пришел человек, но я не обязан знать всех. Таки я не справочное бюро, и он мне паспорт не показывал, — снова включил «одесского еврея» Яша Ювелир.
— А давайте, Яков Самуилович, я вам немного освежу память? Человек в шубе, норковой, и в норковых же сапогах, и это несмотря на жару. С большим количеством ювелирных изделий на руках и не только…
— Таки да, жарко на улице, я от взгляда на него вспотел. Ведь как надо хотеть выделиться, чтобы иметь такой вкус?
— И как зовут этого человека?
— Таки рискну предположить, в имени вы и не нуждаетесь, вы его и так знаете. Это же вы ему руки ломаете регулярно, а не я. Он назвал номер вашей машины, сказал, что заплатит хорошо, аванс сразу положил. А у меня тут клиент есть постоянный, деньги занимает регулярно, а возвращает совсем не регулярно. Ну я по доброте душевной решил помочь человеку. Со мной рассчитаться и себе заработать. Я не знал, чья это машина и даже предположить не мог, что она ваша. И теперь что? Мне таки аванс возвращать придется — машины нет, человек тоже вместе с машиной на тот свет отправился. Так и въедет в рай на вашей копейке.
— Скорее уж в ад, — мрачно хмыкнул я.
— Это таки не нам с вами решать, это апостол Петр движение на том свете регулирует, — Яков Самуилович захихикал, но было видно, как сильно он нервничает.
«И все-таки Боря, мудак, подставил! Все, больше в долг не дам ни копейки. И товары не приму от него. Пусть сам ищет, кому продать то, что наворовал», — думал Ювелир, стараясь при этом глядеть на меня с выражением лица самого честного человека в мире.
— Я не буду подробно расписывать, что бывает, когда занимаешься скупкой краденного. Вы сами можете прочитать об этом в Уголовном Кодексе. И покупка бриллиантов у Буряцы вам обойдется дорого. Но ваши мелкие делишки мне не особо интересны. Я даже соглашусь забыть о них в обмен на полезную информацию.
— Информация стоит денег, — тут же сработал у Яши профессиональный рефлекс торгаша.
— Свободу за деньги не купишь, — я пресек попытку поторговаться. — Как там вы, евреи, говорите? Спасибо Господи, что взял деньгами?
— Таки да, есть такая поговорка. А вы, я вижу, большой знаток еврейского народного фольклора?
— Не очень большой, но знаток. Поэтому, если вы не хотите стать большим знатоком фольклора тюремного, то вопрос оплаты вашей информации даже не поднимается.
— Взрыв тоже через вас заказывали? — спросил я, желая еще больше напугать Яшу, хотя уже прочел в его мыслях, что к покушению он не имел никакого отношения.
— Вы меня вот сейчас таки огорчили до глубины души! Разве Яша Ювелир когда-нибудь марал руки мокрухой?
— Вы лично и угоном свои руки не марали. Тем не менее, посредником поработали. Говорите, что цыганский принц ничего не вспоминал о взрывчатке?
— Ой, я, право, не знаю, что вы где там услышали, но я вообще ничего не говорил по этому поводу! Но, если вам так важно, то он хотел просто машину. А чья то машина — не мое дело. Еще говорил, что ему двигатель нужен хороший, итальянский. А раз он ему таки нужен, зачем бы он стал его взрывом портить?
Я знал, что Яша не врет и Буряцу не выгораживает. Наоборот, он злился на цыгана и с удовольствием бы его выдал. Но ни о каких покушениях речи между ними действительно не было. Не буду раньше времени снимать с цыгана подозрение, но искать нужно где-то в другом месте. Впрочем, Яша со своими обширными связями (а вдобавок с интересными гостями в подпольном казино за стенкой) тоже может мне в этом помочь.
— Ну что ж, Яков Самуилович. На сегодня наш с вами разговор закончен. Но это лишь на сегодня. Так что не расслабляйтесь сильно, я жду от вас известий по поводу не угона, а именно взрыва. Можете и своего друга Буряцу напрячь, пусть пошевелится. Ведь если других подозреваемых не найдется, вы с ним оба можете с успехом их заменить. Вы меня поняли?
— Таки все предельно ясно… — грустно вздохнул Яша. Но он лишь выглядел печальным и усталым, а на самом деле мысли в его голове зашевелились, лихорадочно перебирая варианты, с кем встретиться, у кого спросить, как что и где пронюхать. Все-таки правильно я решил копнуть в том числе и с его помощью, может пригодиться.
— В ваших интересах найти мне эту информацию. И тогда я не буду выяснять, почему у вас здесь такая хорошая система вентиляции и откуда тянет дымом дорогого табака.
Яша Ювелир побледнел. Он достал из кармана фартука носовой платок, снял с переносицы очки, и начал тщательно протирать стекла. Потом взглянул на меня взглядом загнанного в угол хищника и сказал:
— Я вас понял. Более чем хорошо понял. Будет информация — сразу же сообщу.
Не став прощаться, я повернулся к выходу. Но пообещал себе все-таки попозже разобраться, кто здесь устраивает «музейные ночи» за карточным столом. Кажется, что многие игроки будут мне хорошо знакомы…
Вышел из подъезда на свежий воздух.
Бабульки продолжали сидеть на своем посту. Увлеченно что-то обсуждали, не забывая бдительно оглядывать окрестности.
— Что, заложил на пропой последние серьги своей жены? — гаденько ухмыльнулась «швабра», увидев меня.
