— И с охраной проще будет. Вообще-то первоначально планировалась большая делегация, но попозже. Потом руководство решило все ускорить. Вы же сами знаете, насколько сложно подготовить и согласовать такое мероприятие. Даже для семи человек. Не понимаю, к чему такая спешка? Андрей Андреевич Громыко лично звонил Лунькову и просил в один день уложиться. Все выходные с бюрократами бодались. А английские бюрократы куда похлеще наших будут. Они тут сплошь перфекционисты. Но, как ни странно, британская сторона по всем вопросам пошла навстречу. Такое чувство, что мы сделали им подарок, сдвинув сроки мероприятия — едва в ладоши не хлопали от радости. Так что все предусмотрено: и выступление в парламенте, и встреча с премьер-министром Каллагэном, и с лидером оппозиции Маргарет Тэтчер… правда, не приватная, как вы сообщили. Мы об этом не знали. Так понимаю, Михаилу Сергеевичу вопросы о личной встрече с Тэтчер задавать не стоит?
— Вы правильно понимаете.
Сергеев понимающе кивнул. Снова открыл блокнот, собираясь что-то записать, но передумал.
— Кстати, экскурсионную поездку по стране тоже согласовали почти мгновенно, — заметил он. — Впервые вижу, чтоб английские чиновники так оперативно реагировали. Но, как оказалось, чудеса случаются.
Я усмехнулся — нет тут никаких чудес. Просто Брежнев публично заявил о преемнике, и западные «коллеги» решили лично прощупать возможных кандидатов. И учитывая скорость, с которой английская сторона готовила этот визит, Майкла Горби признали самым перспективным.
— А где наш подопечный, кстати? — поинтересовался я.
— Должны ехать следом за нами, на «Роллс Ройсе», — Сергеев оглянулся. Я тоже. Никаких роллс-ройсов позади не было видно.
Первая машина виднелась впереди — рабочий и колхозница с одним из охранников ехали в посольство. А вот Горбачев с Раисой и вторым охранником — с ними в машину сел Юрий Плеханов — словно растворились.
— Секунду, это серьезное нарушение! — Сергеев щелкнул пальцем по микрофону рации и произнес встревоженно:
— Первый… первый. Ответьте!
— Первый слушает, — я сидел рядом и мне были слышны ответы, доносившиеся из динамика.
— Где вы? Не наблюдаю вас, — в голосе Сергеева звучала неподдельная тревога.
— Непредвиденная остановка, — спокойным, но недовольным тоном ответил Плеханов.
— Причина?
— Раиса Максимовна решила ознакомиться с работой английской торговой точки.
— Этого не было в программе визита, — едва сдерживая эмоции, напомнил помощник посла.
— Да ей ведь все равно. Она туфли в витрине увидела и решила примерить. Сейчас поедем. Надеюсь… — уныло вздохнул несчастный Плеханов.
— Это вообще ни в какие ворота не лезет! — возмущенно потряс головой Сергеев. — Впервые вижу такую безответственность. Надо возвращаться за ними, ничего не поделаешь. Поворачивай!
— Здесь же не развернуться, и плотность движения большая, — возразил водитель. — Но скоро развязка будет. Попробую на ней.
Дальше сидели молча, наблюдая за маневрами водителя. Минут через пять ему удалось повернуть в обратную сторону.
«Роллс-Ройс» четы Горбачевых обнаружился на углу Пикадилли и Джермин-стрит. Сергеев буквально вылетел из машины, поспешив к ним. Но уже издалека заметил, что в роллс-ройсе находится только водитель — ни Горбачевых, ни Плеханова там не было.
Я тоже вышел. Признаюсь, мне было любопытно посмотреть на это «шоу». А в том, что Раиса Максимовна его устроит, я даже не сомневался.
Джермин-стрит — узкая улочка, идущая параллельно Пикадилли и потом с ней смыкающаяся — была прямо-таки утыкана магазинами мужской и женской одежды, обуви, аксессуаров. Водитель «Роллс Ройса» махнул рукой, указывая вглубь улицы, и пожал плечами. Я видел, что Сергеев уже кипит, и мысленно пожелал ему терпения. В отличие от него, я примерно знал, какие сюрпризы ожидают работников посольства во время нынешнего визита. Еще в мою бытность Владимиром Гуляевым, наслушался всякого о фокусах, которые вытворяла Рая Горбачева во время зарубежных поездок.
Сергеев заходил поочередно в каждый обувной. Я изредка входил с ним, но чаще ожидал у входа, продолжая оглядывать улицу. Наконец, мы увидели Юру Плеханова. Он стоял в напряженной позе возле стеклянной двери магазинчика. В витрине рядом с дверью красовались женские туфли. Модели были разные — от классических лодочек до экстравагантных на толстой платформе. Тут же на манекене, призывно выставившем вперед изящную ножку, демонстрировались «сексуальные» сапоги-чулки. Помню, как мужики шутили, что в таких на рыбалку хорошо ходить.
— Почему вы здесь, а не вместе с охраняемым объектом? — приблизившись, спросил раздраженно Сергеев. — И где он вообще?
Плеханов кивнул в сторону магазина.
— А вы почему не внутри?
— Раиса Максимовна прогнала, закатив истерику. После того, как я пытался вернуть ее в машину. Возмущалась, обещала поспособствовать отставке, и все такое… Михаил Сергеевич ее успокоил, но мне дал приказ все-таки покинуть помещение и ожидать снаружи.
Плеханов скривился так, будто у него во рту лимон:
— А она там теперь издевается над продавцами, аж стыдно смотреть.
