Ивайло доставили в Охотск в самом конце навигации, он оказался ехать без Барти, поэтому молодой валлиец тоже покинул Камчатку. Когда дороги, наконец, покрылись льдом и снегом, их отправили скорой гоньбой в столицу. Три месяца непрерывной езды, тысячи километров, сотни ямских станций. Сказать, что это было тяжело — ничего не сказать. Только крепкое здоровье моряков позволило им выдержать такую безумную гонку.
Врач, осмотревший их в столице, покачал головой и прописал им продолжительный отдых, но только после аудиенции у императора. Тот ждал их. Ивайло и в мечтах не мог представить, что он увидит государя. Простой крестьянин, потом моряк, кто он такой, чтобы попасть на приём к человеку, чья воля определяет жизнь в огромной России?
Их ввели в кабинет, который, конечно, был больше, чем у Панина, но далеко не безумных размеров зал, что ожидал Попов. Строгая отделка стен, лаконичная мебель — где вся та безумная роскошь, что должна была ослеплять гостей этого места?
Широкоплечий молодой человек с больши́м лбом, аккуратной бородой и пронзительным взглядом, встал из-за стола и указал им на кресла вдоль стены. Это и был сам император! Он принимал их в рабочем кабинете, а не в зале приёмов, в чём был высочайший знак доверия. Здесь бывали только приближённые к престолу, а они — простые моряки!
Кроме императора и его личной охраны, в кабинете было ещё несколько человек, и все они снова и снова задавали вопросы, причём о Чернышёвых спрашивали совсем немного, а в основном говорили об экспедиции Кука. Где, когда, как, чем кормили, что делали. Видно было, что люди в зале серьёзно беспокоились именно о результатах английской экспедиции.
После нескольких часов беседы император неожиданно спросил об их пожеланиях, что именно они хотят получить после столь долгого пути. А Ивайло, обессилено брякнул: «Домой хочу, к жене и детям!», Барти лишь придушенно пискнул, что-то подтверждающее слова друга, за которого он явно желал спрятаться.
Император улыбнулся и пообещал, что после небольшого отдыха, их доставят в Олицын, как теперь официально назвали Чёрный город в честь умершего там генерала. Ивайло просто засиял, забыв обо всём, и почти не заметил, что Павел под занавес пообещал следить за таким целеустремлённым человеком, как он.
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
— Значит, англичане уже пронюхали про наши планы на Камчатке и Америке… — задумчиво проговорил Грейг.
— Угу… Панин пишет, что они приближались к Новым Холмогорам, очевидно, проверяя данные карты Чернышёвых. Но, увидев, строения и флаги, отошли в океан. — я встал и начал прохаживаться по кабинету.
— Вот, негодяи! — Вяземский от охватывающего его негодования стукнул кулаком по подлокотнику кресла, — Такая измена равна предательству Курбского[11]!
— Не стоит, Александр Алексеевич, сравнивать. — поморщился я, — Предательство, конечно, отвратительная штука, но масштаб не тот вышел. Не успели они… Да и вообще, надо думать, что делать в такой ситуации.
— По сути дела, — вступил Обресков, — мы можем быть уверены, что англичане знали о нашем восточном проекте, когда давали инструкции Куку при отправлении экспедиции. Теперь они, весьма вероятно, будут знать некие детали. Поймут размеры и серьёзность наших поселений.
— Ну, догадаться о том, что мы идём к Тихому океану, было несложно. Достаточно было читать манифесты и указы. Просто они очень быстро отреагировали. — я шагал как заведённый, размышляя о возникших сложностях.
— Британия! — весомо бросил Грейг.
— Безусловно, Самуил Карлович, Британия… И этим всё сказано. Остаётся ждать остальных.
— Да, во Франции уже заинтересовались его плаванием. Опасаются потерять приоритет исследований, да и про торговлю не забывают. — Обресков держал руку на пульсе.
— Пока их остановит война! — спокойно уточнил Грейг.
— Надолго ли? Да и Кук вернётся домой и привезёт карты, которые для них многое упростят. — вступил в разговор Баур.
— Испанцы точно встанут на дыбы — у них тихоокеанское побережье считается исключительно их владением. — Обресков думал вслух дальше.
— Англичане тоже обозлятся — Китай и Япония зоны торговли Ост-Индской компании, а наше усиление означает потерю их денег. — наконец-то открыл рот Захар.
— Значит, надо наращивать защиту, ну или просто ждать, может война их и отвлечёт подольше! — Вейсман также встал и прошёлся по кабинету.
— Бережёного бог бережёт! — я снова сел за стол и посмотрел на участников совещания, — Оборону следует укреплять и надеяться на лучшее. Сколь-нибудь серьёзные силы нам туда пока не перебросить. А вот информацию об исследованиях, пожалуй, пора начинать публиковать. Всё же открытий много сделано, надо бы и наших людей прославлять. Как думаете?
Долго ещё мы совещались. Решили разместить на Тихом океане полноценный крепостной полк. Пушки-то туда привезли, но пока мало и без соответствующих войск. Полевых солдат и офицеров там было вдоволь, но вот частей, обученных строить и оборонять крепости, там пока не было. Так же стоило, как можно быстрее, послать на восток по два артиллерийских и сапёрных батальона, пехоты там достаточно.
