Эквион, вынужденный держаться подальше от всепожирающего пламени, отчаянно отбивался от наседавших британцев. Положение агониста казалось безвыходным — его со всех сторон окружали не менее двадцати солдат, а он уже потерял слишком много сил в этой неравной схватке. Ещё совсем недавно стремительные и точные движения стали куда более медленными и предсказуемыми. Клинки, что рассекали воздух незаметно глазу, теперь лишь с трудом отбивали удар за ударом. Британцы, нацелив штыки, бросались в ближний бой, не давая ему ни мига передышки. Отсветы пожара вырывали его из тьмы, лишая главного преимущества — скрытности.
Мехатрон словно обезумел, продолжая без разбора жечь всё вокруг, не щадя даже своих союзников. Двое британцев, охваченные языками пламени, с душераздирающими криками метались из стороны в сторону. В воздухе поднялся густой смрад дыма и жжёной плоти. Сталь звенела о сталь, а зарево пожара поднималось всё выше, перекидываясь на новые участки леса, угрожая поглотить всё живое. Крики и стоны раненых эхом разносились по округе, сливаясь с лязгом металла и треском огня.
И только я подумал о том, не слишком ли жарко пилоту стальной машины в этом пекле, как мехатрон внезапно прекратил изрыгать пламя. Его гусеницы закрутились на продавленной почве, и он двинулся прямо на нас, выбираясь из огненной ловушки. В то время как Эквион продолжал отчаянно сражаться с британцами в нескольких саженях позади жуткой махины.
— Клара Карловна, — сказал я, критически осматривая штык своей винтовки. — Умоляю вас, помогите Эквиону. Мехатрона я беру на себя.
— Что вы задумали? — хмуро вопросила Кайра. — Изволите объяснить?
— Прошу вас, доверьтесь мне. Времени нет!
Кайра Веспера скептически скривила губы, но спорить не стала. Пригнувшись, она скользнула в заросли с кошачьей грацией, обходя стороной стального монстра с очагом возгорания.
Я вновь выглянул из-за дуба — мехатрон надвигался прямо на меня, до него оставалось не больше трёх саженей. Спустя несколько секунд стальные клещи со скрежетом впились в древесный ствол, а массивный клинок резко вонзился в дерево всего в ладони от моего виска. К счастью, древнее исполинское растение оказалось слишком крепким, чтобы сломиться от одного удара.
Подобного шанса могло больше не представиться. Выдохнув, я выскочил из-за укрытия, не обращая внимания на жгучую боль в раненой ноге. Выставив перед собой винтовку со штыком, словно копьё, я ринулся в отчаянную атаку.
Моя цель — центральная прорезь, где, как я предполагал, находилась грудь пилота. Всего несколько шагов разбега, и штык с мерзким скрежетом проскользнул в узкую щель, а затем со звоном обломился у основания. Раздался приглушённый крик — я метнулся в сторону, чудом избежав гусениц стальной махины, и кубарем покатился по траве.
Мехатрон продолжил движение, пока не упёрся в накренившийся ствол подрубленного дуба. Его манипуляторы безжизненно опали к земле, а пар из труб иссяк. Подняв голову, я осмотрелся. В свете пожара ко мне направлялись Кайра и опирающийся на неё Эквион. Позади них виднелись тела солдат, к которым подбиралось пламя.
— Вы всех перебили? — спросил я, с трудом поднимаясь.
— Жалкие трусы бросились наутёк, побросав оружие, едва лисица вступила в бой, — прохрипел Эквион, тяжело дыша. Переведя дух, он с невыразимой тоской уставился на затихшего стального монстра.
— Прекрасная новость, — с облегчением выдохнул я. — Победа, достойная баллады, Вилл! Обещаю, при дворе все узнают, как ты храбро сражался против огнедышащего стального великана с четырьмя руками, сносящего на своём пути вековые деревья. Дамы будут в восторге. Братец… ты в порядке?
— Как ты его убил, Нокс? — угрюмо спросил агонист. В его голосе прозвучали печальные нотки, смешанные с нескрываемой завистью.
— Смотровые щели, — изрёк я, пожав плечами. — Разве ты их не заметил?
— Ядрёна копоть, какие ещё щели?! — озадаченно воскликнул агонист. — Я же выбил ему глаза первой атакой!
— Это был перископ с локаторами, — со знанием дела пояснила Кайра. — Пилот находился ниже, в корпусе мехатрона.
— Лисица, клянусь своими потрохами, я не понял ни слова, — проворчал Эквион, потирая ушибленные места.
— По пути объясню, — устало вздохнула демоница. — Нужно уходить, пока мы не спеклись заживо — здесь становится слишком жарко.
* * *
— Нет, нет, нет… — шептала Аурелия, склонившись над мальчиком. Её руки дрожали, а бирюзовые глаза наполнились болью и отчаянием. — Господи, прошу тебя… спаси и сохрани!
В ходе ночной прогулки по лесу раненое плечо юного Анри вновь начало кровоточить, а затем у него поднялась температура. Он лежал в кровати, покрытый испариной, а его дыхание звучало прерывисто, словно каждый вздох давался с трудом. Его мать безутешно молилась у изголовья, перебирая пальцами чётки, а отец мерил комнату шагами, нервно теребя в руках старую потёртую кепку.
