Я обернулся и увидел перепуганное лицо элле. Её капюшон съехал с головы, а белоснежные кудри растрепались. В трясущейся руке она сжимала револьвер. За её спиной, в неглубоком овраге, укрылись Аурелия, француз с ребёнком и его жена.
— Уйдите вперёд саженей на пятьдесят и затаитесь, — твёрдо велел я. — Ждите нас. Защищай их, принцесса. Это приказ.
Губы Эллисандры задрожали, словно она хотела возразить. Но внезапный свист пули, пронёсшейся мимо, заставил её вздрогнуть. Она вскрикнула, пригнулась и ползком направилась к остальным.
Мы с Кайрой отчаянно держали оборону несколько минут, давая нашим товарищам возможность отойти подальше. Делали по выстрелу-два, затем отступали за следующие деревья. И так раз за разом, будто танцуя в такт со свистевшими мимо нас пулями, потихоньку уходя вглубь непроглядной чащобы.
Но основную работу по устранению противника взял на себя Эквион. Пока мы отвлекали внимание британцев, агонист скользил между ними бесшумной тенью, мастерски орудуя своими мечами. После каждой стремительной смертоносной атаки он ловко взбирался на дерево и растворялся в густой листве, чтобы спустя несколько мгновений обрушиться на врага с неожиданной стороны.
Казалось, победа близка, но британцы внезапно сменили тактику. Под командами офицеров, потерявших уже не меньше двух десятков бойцов, они прекратили беспорядочную погоню, рассредоточились и затаились. Похоже, они пришли к выводу, что угодили в хитроумную вражескую засаду.
— У нас есть немного времени, пока они перегруппируются, — уверенно произнесла Кайра. — Уходим.
— Я за вами, сударыня, — ответил я, разрядив винтовку в сторону противника, и позвал в темноту: — Вилл, не отставай!
Кайра Веспера рванулась вслед за нашими соратниками, которые успели уйти достаточно далеко, чтобы полностью скрыться из виду. Я поспешил за демоницей, пригибаясь к земле и надеясь, что Эквион услышал мой зов.
Мы пробирались сквозь ночной лес так быстро, как только могли. Впереди маячила Кайра — её хрупкая фигурка то появлялась, то исчезала среди зарослей. В ушах стоял лишь хриплый ритм моего дыхания, хруст ломающихся под ногами веток и одинокий крик потревоженной птицы. Казалось, британцы наконец оставили нас в покое и отступили.
Но внезапно, словно гром среди ясного неба, позади нас в отдалении прогрохотал первый орудийный залп. За ним сразу последовал второй, третий, четвёртый… А затем над нашими головами раздался оглушительный хлопок.
— Шрапнель! — взвизгнула Кайра, прытко ныряя за толстый ствол дуба.
Я рухнул в траву в тот момент, когда нас накрыло смертоносным градом. Лес вокруг наполнился инфернальным треском — пули впивались в древесину, вырывали комья земли, свистели над головой. Острая боль пронзила мою левую ногу выше колена, словно раскалённый клинок. Снаряды продолжали разрываться вдалеке, погружая мирные чащобы в хаос. Казалось, противник стрелял наугад, пытаясь накрыть как можно большую площадь.
Не дожидаясь следующей атаки, я пополз вперёд, загребая руками траву и влажную почву, цепляясь за каждый куст, чтобы продвинуться хоть немного. Из-за дуба выглянула Кайра Веспера и схватила меня за руку, помогая добраться до укрытия.
— Вы ранены? — в её голосе звенела тревога.
— Пустяки, — процедил я сквозь зубы, морщась от пульсирующей боли в бедре. — Царапина.
— Нам нельзя останавливаться! Вставайте, Степан Игнатьевич.
Опираясь на её плечо, я с трудом поднялся. Раненая нога горела огнём, я чувствовал стекающую по ней кровь, но старался не обращать на это внимания. Словно из-под земли перед нами возник Эквион. Его лицо и руки были покрыты кровью.
— Вилл, ты цел? — обеспокоенно спросил я.
— Выживу, — уверенно ответил агонист. — Но эти баламуты действуют подло. Проклятье, я скакал как блоха на гребне, и всё равно зацепило! Что это за пушки такие?
— Сейчас не время, — нервно бросила Кайра, утягивая меня за собой. — Уходим, господа, пока они нас не настигли.
Взрывы внезапно стихли, но противник не собирался сдаваться. Позади нас раздался оглушительный рёв, словно из самых глубин Бездны выползло исполинское инфернальное чудовище. Я обернулся: над кронами в свете луны блеснули две медные трубы, из которых валил густой пар. Воздух наполнился жутким гулом, треском и грохотом. Мне почудилось, будто сами деревья зашевелились и начали падать одно за другим. Гул нарастал, неумолимо приближаясь к нам.
— Мехатрон, — прошептала побледневшая Кайра.
— Это мой шанс! — хищно осклабился Эквион и, прежде чем я успел возразить, растворился во мраке.
— Что он делает?! — прошипела демоница. — Безумец!
— То же, что и всегда, — со вздохом произнёс я, перезаряжая винтовку. — Пытается стать легендой. Я его прикрою.
— Нокс, с этим мехатроном вам не совладать, — уверенно заявила Кайра. — Эквион погубит и себя, и нас!
— Любезная графиня, уходите и уводите из этого ада Аурелию, — упрямо проговорил я, покачав головой. — Я не брошу Эквиона.
— И с каких пор вы стали таким сентиментальным, архонт? — прорычала демоница. — С чего вдруг Ноксу Морграйсу не плевать хоть на кого-то, кроме себя?
