У водяной мельницы я наконец вижу её. В длинном зелёном сарафане, который развевается на утреннем ветру, она стоит босоногая у самой кромки воды, словно самый прекрасный и невинный дух реки. Её золотистые косы, перевитые полевыми цветами, спускаются до самого пояса, а стройный девичий стан проглядывает сквозь тонкую, просвечивающую от утреннего солнца материю. На красивом лице с милыми ямочками на розовых щёчках, озарённом первыми лучами рассвета, словно драгоценные камни, сияют большие бирюзовые очи.
В дрожащих руках она сжимает коромысло, а пустые вёдра валяются у её стоп. Двое спешившихся степняков с плотоядными ухмылками, похожими на оскал голодных волков, подбираются к ней с двух сторон. Один из них хватает её за подол сарафана и грубо тянет за собой. Но она, не дрогнув, с яростным криком бьёт мерзавца коромыслом по уху. Тот с визгом валится прямо в реку.
Блеск лезвия сабли — разлетаются брызги крови. Они окропляют воду и траву.
Я рвусь вперёд, вскидывая над головой топор, и кричу во всё горло:
— Веселина!
Моё сердце замирает, а слёзы, горячие и горькие, брызжут из глаз, когда я вижу, как она хватается за рассечённую шею. Её хрупкое худощавое тельце, залитое кровью, медленно оседает на землю, словно подрубленная берёзка.
С рёвом, в котором сливаются боль, отчаяние и ярость, я, словно дикий зверь, бросаюсь на её убийцу, желая лишь одного — изрубить его на мелкие кровавые ошмётки. Но не успеваю добежать всего несколько аршин, как в моё правое плечо впивается стрела. Боль! В следующее мгновение топор выпадает из онемевшей ладони, а шею вдруг сдавливает тугая верёвка.
Я пытаюсь закричать, но вместо этого лишь хриплю и…
* * *
…я открыл глаза.
— Басурмане, православные, Веселина? — в недоумении пробормотал я, качая головой, пытаясь стряхнуть наваждение. — Что за бред?!
Я приподнялся, сел на жёсткой лежанке и всмотрелся в полумрак каюты. Мерцающий свет фитилей из ламп отбрасывал причудливые тени на деревянные переборки. Флагман флота Тьмы — боевая трирема «Властитель Вод» — мерно покачивалась на волнах, словно колыбель, постепенно убаюкивая мою тревогу. Но внутри меня всё ещё бушевала буря.
Вдохнув поглубже, я попытался очистить разум и понять, что со мной только что произошло? Сон? Грёзы? Наваждение? Но ведь я никогда не спал, да и видения прежде были мне неведомы. Даже та пахучая трава, которую некоторые элле использовали как вызывающие галлюцинации благовония, почти не действовала на демонов.
Ответ напрашивался сам собой: я увидел то, о чём мне когда-то рассказывали лишь самые древние представители моей расы. Фрагменты прошлой жизни в теле человека — смертного существа и потомка того самого народа, которого, по легендам, создал сам Люминар Дэва Анимас как неисчерпаемый источник душ после того, как совместно со своей сестрой Деворой Асура Анимас возвёл среди звёзд Земной План.
Прежде я считал истории с видениями демонов глупыми россказнями тоскующих по былым денькам стариков, но теперь мой скептицизм развеялся, словно пепел на ветру.
— Проклятие девяти глубин Бездны, да что творится со мной в последнее время?! — прорычал я, поднимаясь на ноги и сжимая кулаки. Стальные пластины на запястьях глухо звякнули, вторя моему раздражению.
