– Высокопоставленный пленник, госпожа. Вероятно, один из возглавлявших атаку. Я его пока не допрашивала. Хочу устроить ему допрос с пристрастием, когда вернутся силы.
После нескольких минут на земле Марика чувствовала себя отдохнувшей, несмотря на все напряжение последних часов. Ей не терпелось вернуться к Грауэл и Барлог. Она подняла седлолет в воздух. Градвол последовала за ней, поспешно заняв почетное место впереди. Взмыв в небо, они не торопясь направились в лунном свете на восток.
«Когда вернемся, выпьешь чафа, – мысленно сказала ей Градвол. – Мне нужно, чтобы ты как следует отдохнула. Нам многое требуется обсудить».
Марика тщательно обдумала слова старейшины, прежде чем ответить. Между собой они с Градвол редко переходили на формальный тон, но сегодня в мыслях старейшины чувствовалась некая отстраненность. И тревога.
«Что-то не так, госпожа?»
«Потом, Марика. После того, как отдохнешь. Не хочу вдаваться в детали, пока ты настолько вымотана, что, возможно, не до конца владеешь собой».
Марике не понравился тон мысленного послания, – казалось, дистанция между ними лишь увеличивается.
«Думаю, лучше обсудить все прямо сейчас. Ночью, пока мы одни. У меня такое ощущение, будто между нами разверзается пропасть. И я не в силах этого понять. Что случилось, госпожа?»
«Что ж, если ты настаиваешь… Рюгге понесли огромный ущерб, Марика. Вот что не так. Именно это нам нужно обсудить. Рюгге серьезно пострадали, а ты хочешь, чтобы стало еще хуже».
«Госпожа? Да, Рюгге пострадали, но мы не уничтожены. Я верю, что краеугольные камни нашей силы остались целы. Мы можем обратить ее против братьев и…»
«Мы обратим ее против них, но без кровопролития. Весь мир знает, что случилось. Никто не верит, будто мятежники совершали налеты самостоятельно, без чьей-либо поддержки. Этого, а также встречи Килджар с пустолетом Серке вполне хватит, чтобы поднять шум и потребовать созыва сбора. За это готовы выступить даже некоторые братья. Из-за налетов Союз Бурой Лапы, считай, стерт с лица планеты. Враги внутри братства пытались уничтожить их вместе с нами. Редориад намерены потребовать роспуска Серке и запрета всем братьям летать в космос по крайней мере в течение одного поколения. Среди братьев уже пошел разброд – некоторые скулят, пытаясь выторговать особые условия для своих союзов. Они взяли в плен нескольких своих старейшин, утверждая, будто те действовали самостоятельно, без чьего-либо одобрения, в сговоре с Серке. Мы победили в долгой борьбе, Марика. Да, дорогой ценой, но не прибегая к прямому вызову или кровопролитию – не считая устроенного тобой. Теперь пора возвращаться, и пусть сбор завершит за нас нашу работу».
«И ты с этим согласна? После стольких лет? После всего, что пришлось вынести Рюгге? Ты не потребуешь расплаты кровью?»
«Нет».
Марика на мгновение задумалась.
«Госпожа, мое обучение у Килджар продолжится?»
Градвол помедлила с ответом. Наконец она мысленно сказала:
«Какая теперь в этом необходимость? Бестрей и так лишится своего оружия после роспуска ее Сообщества».
«Понятно».
«Не уверена. Порой ты слишком узко мыслишь. Именно потому я хочу, чтобы ты выпила чафа и отдохнула. Тебе нужно полностью прийти в себя, прежде чем мы обсудим все подробности. Я хочу, чтобы ты хорошо представляла ситуацию и все возможные варианты. Нам предстоят весьма деликатные переговоры».
«Что станет с Бестрей?»
Марика не могла представить, как можно распустить сестринство. Но прецеденты имелись. Сестринство Либрах принудительно распустили после состоявшегося четыре века назад сбора, которому предшествовало немало пролитой крови.
«Ее примут в другое Сообщество. Если она пожелает».
«А имущество Серке?»
«Его распределят между всеми в порядке возмещения убытков».
«И Рюгге достанется больше всех, да? А поскольку братья станут притворяться, будто их использовали, покаются и пожертвуют несколькими управляющими, они легко отделаются. А через поколение, еще при нашей с тобой жизни, они снова станут сильны как никогда, при этом лучше подготовятся и тщательнее внедрятся в наше общество».
«Марика, я же сказала – прежде чем мы все это обсудим, тебе нужно отдохнуть. Тебя чересчур обуревают эмоции».
«Мне очень жаль, госпожа, но в душе я остаюсь все той же понатской сукой. Когда я вижу, что затевается кровная вражда, я не могу простить того, кто ее начал, даже если он понимает, что проиграет. Особенно если он намерен вернуться и попытаться снова, набравшись сил».
«Братство было лишь орудием Серке».
«Глупо верить в подобное, госпожа. Это Серке были их орудием. Ты сама видела доказательства. Они использовали Серке, а теперь я вижу, как они используют тебя, не успев даже избавиться от предыдущих жертв».
«Марика! Не зли меня. Ты очень высоко поднялась за короткое время. Ты – член правящего совета Рюгге, которые скоро станут одной из главных общин».
«Ценой собственной чести?»
«Не говори мне о чести, щена. Ибо твоя честь запятнана, и подтверждение тому – самец, что лежит рядом с тобой».
«Госпожа?» – Марику обдало холодом.
«Ты и впрямь намерена подвергнуть его допросу с пристрастием? Прямо сейчас?»
