Когда я с охапкой дров вернулась к стоянке, Кудеяр уже сидел. Указав куда сложить свою ношу, он принялся руками ломать узловатые ветви, подкидывая их в яркие угольки. Затем вновь опустился боком на землю, опершись на локоть и не отводя взгляда от взвившегося вверх пламени. Я опасаясь за свои брови кряхтя сдвинула бревно к его стопам подальше от жара. Сидеть на холодной земле мне уже надоело.
Он вытянул из-за пояса за шнурок небольшой кожанный мешочек и вывалил его содержимое на траву перед собой. Пошевелив кучку высыпанных камней:
– Какой сегодня день недели?
– Вторник, – для ответа понадобилось время. Я всегда отмечала дни недели либо по маминым сменам, либо по учебному расписанию, привычно размеченному столбцами школьного дневника. Сейчас все это казалось отголоском другой жизни.
Благодарно кивнув он вытащил черный камень, выточенный в форме клыка с серебряной шляпкой, оказавшийся серьгой и вставил в ухо.
– Что это за камень?
– Шормолит. Черный гранат.
– Восстановитель? – уточнила я, имея в виду накопитель для быстрого восстановления Сил. Обычно объем у них небольшой, но в экстренных ситуациях выручают.
– Не совсем. Для меня скорее усилитель – сейчас я набираю Силу напрямую из огня, а он в разы увеличивает возможный поток. Как защитный оберег он слаб – выдержит всего два прямых удара по мне, и то потому что на Велесову ночь заряжен на то был.
Удостоверившись, что я поняла его объяснение и новых вопросов не возникнет, мужчина откинулся на спину и прикрыл глаза, погрузив руку по локоть в костер.
– Какие травы надо собрать для ритуала? – мужчина так долго не отвечал мне, что могло показаться, что он заснул.
– Да вроде никаких не нужно.
– Но ты же сказал Мстиславу, что тебе нужна помощь? – я растерялась.
– Мне показалось, что тебе хотелось побыть одной и я пришел на помощь.
– Но ведь сейчас я не одна!
– Пока ты не донимаешь меня вопросами, я молчу и вообще не лезу к тебе, так что у тебя вполне есть время для самокопания или чем ты там хочешь заниматься.
Я захлопнула рот. Удивительно, насколько точно Кудеяр точно уловил мое настроение. Может он телепат? Я присмотрелась к его спокойному лицу, ища ответ на мой не озвученный вслух вопрос. Да нет, чушь какая, Вран рассказывал вскользь про телепатов, отметив что это очень редкий врожденный дар, который невозможно развить каким либо другим способом. Большая часть таких умельцев находится на службе князя и вряд ли колесят по миру, рискуя собой и изничтожая чудовищ и нечисть. Хотя это я не берусь утверждать. Но совершенно точно было сказано, что человек, которого «читают» это точно замечает по «крайне неприятным ощущениям». Что за ощущения испытывает считываемый, наставник не объяснил, кисло скривившись.
Так что я украдкой перевела дух – как-то неприятно осознавать, что все твои мысли доступны кому-либо кроме тебя. Но взгляд от Кудеяра не отвела. При нашей первой встрече я не смогла его толком разглядеть, отчасти из-за тусклого рассветного света, отчасти из-за своего невменяемого на тот момент состояния. А сегодня старалась поменьше смотреть на него прямо, натыкаясь на взгляд его разноцветных глаз. Гетерохромия сама по себе очень редкое явление, да еще вкупе с необычным ярко-желтым цветом левого глаза, оставляла неизгладимое впечатление. Я заметила, что даже Александр в разгар их ссоры опустил веки, избегая его пристального острого взгляда. Да сдается, что мало кто смог бы переиграть в гляделки Кудеяра. Сам же он, понимая причину, заставляющую людей отворачивать от него лица, прикрывал веки, смотря на окружающее с хитрым прищуром. Отсюда и глубокие морщинки у края глаз.
С нашей первой встречи он осунулся, опав с лица. Скулы обозначились резче, выглядели настолько острыми, что я могла бы порезаться, если бы осмелилась провести по ним пальцем. Под глазами залегли глубокие тени кажущиеся почти черными на загорелом лице, между бровей заломлена складка. Отличаясь от нашей мужской компании, выглядевшей одичалой, заросшей щетиной и всклокоченной, Кудеяр был гладко выбрит, а волосы длиной по лопатки, он откидывал назад за спину, открыв две серебрянные седые полоски убегающие от висков. Сами волосы были странного цвета. Бегло смотришь так обычные коричнево-русые, может с каштановым отливом, а начнешь приглядываться – тонкая прядка рыжая, тонкая черная, тонкая коричневая… Перемешиваясь вместе они создавали глубокий объемный цвет, которого мечтали добиться при окрашивании многие мои подружки.
Сухое покашливание прервало мое изучение. Я отшатнулась назад, чуть не завалившись с бревна, и залилась ярким жаром. Разглядывая необычную внешность мужчины, я так сильно подалась вперед, что практически оперлась на его вытянутые ноги.
– А знаешь, что, – недовольно свел брови вместе Кудеяр. – Сходи-ка пятелистника мне насобирай два ковшика. Все польза будет.
