Фрейя поставила машину в самый дальний угол, откуда могла видеть, как подъезжают остальные, и некоторое время сидела, прислушиваясь к тиканью остывающего двигателя, барабаня пальцами по рулю. Стук сердца все еще раздавался в ушах. Возможно, под влиянием волнений, пережитых в доме Гордона Таллока, или в ожидании неминуемого разбирательства после вчерашней выходки.
Она так и не решилась отправить сообщение Кристин. И лишь надеялась, что это уже не будет иметь значения, когда она расскажет о том, что раскопала. Она планировала замять инцидент с Джилл, сделать вид, будто забыла о нем, и сразу обрушить на Кристин информацию о Гордоне и Джейсоне Миллере.
Услышав звук мотора, она подняла глаза. Мимо проехала машина, направляясь в промышленный район. Фрейя пересчитала пусеты в прямом и обратном порядке, размышляя об утренних событиях. Стало быть, Таллок в спешке покинул дом сразу после того, как увидел, что бригада криминалистов исследует поле в Скара-Брей, где он руководил раскопками за несколько лет до гибели Олы и Лиама. Обстоятельство казалось важным, но Фрейя пока не улавливала его связь со стычкой между Олой и Джейсоном Миллером, которая тоже заслуживала внимания.
Она отняла руку от уха и достала телефон из кармана пальто. Фрейя мысленно спланировала, что скажет, и набрала номер, прежде чем успела струсить. В трубке раздался усталый женский голос.
– Полицейский участок Керкуолла.
– Детектива-инспектора Мьюира, пожалуйста.
– По какому вопросу?
Она решила не упоминать Олу или Лиама, опасаясь, что ее звонок переадресуют одному из детективов следственного управления.
– Меня зовут Фрейя Синклер. Он просил меня перезвонить.
Дальнейших расспросов не последовало. Звонок Фрейи перевели в режим ожидания. Через несколько секунд она снова услышала длинные гудки. Фергюс ответил после второго.
– Я не помню, чтобы просил тебя перезвонить.
– Просто не знала, что еще сказать, чтобы меня соединили с тобой.
– Что ж, это сработало. Чем могу быть полезен?
Его голос звучал не так сердито, как в понедельник после обеда. Но и не так дружелюбно, как утром того же дня.
– Я поговорила кое с кем и узнала много любопытного. Подумала, что следует поделиться с тобой информацией.
– Хорошо.
– Ты знал, что Ола ссорилась с парнем по имени Джейсон Миллер в ночь убийства?
Строго говоря, она не могла утверждать, что это был Джейсон, – пока это оставалось лишь предположением, – но на другом конце провода воцарилось молчание. Разве что фоном звучали голоса. В полицейском участке царила оживленная атмосфера. Неужели дело сдвинулось с мертвой точки или просто в тесном помещении толпилось слишком много сотрудников?
– Я смотрю, ты времени не теряла, – произнес наконец Фергюс.
– Это означает «да»?
– Могу я попросить тебя об одолжении?
Она не ожидала такого поворота.
– Не поняла?
– Могу я попросить тебя об одолжении?
– Э-э, конечно.
– Пока держи эту информацию при себе. – Фергюс заговорил тише, и его тон стал менее резким. – Возможно, нам понадобится, чтобы ты сообщила об этом позже, но до тех пор… не торопись, ладно?
Фрейя понимала, что это значит. Полиция разыскивала Джейсона и не хотела спугнуть парня упоминанием его имени в прессе. Возможно, в деле появились подвижки. Фрейя и раньше сталкивалась с просьбами придержать информацию о каких-либо зацепках. Она почувствовала внутренний трепет; все это неспроста. Не иначе кто-то из свидетелей, повторно опрошенных полицией за последние сутки, сообщил нечто более существенное, чем Кэти.
– Нет проблем, – сказала Фрейя. – Послушай, мой источник уверяет, что рассказывал полиции о той ссоре семнадцать лет назад. И вроде вы тогда беседовали с Джейсоном.
Фергюс не ответил. Она снова расслышала голоса. Они звучали совсем близко. Вероятно, именно поэтому он хранил молчание. Она вспомнила, как в понедельник Кристин рассказывала ей о материале, опубликованном летом в «Оркадиан», где речь шла о том, насколько хорошо полиция Оркни соблюдает закон. Возможно, именно Джейсона полиция упустила из виду семнадцать лет назад или же его причастность к преступлению активно замалчивалась? И то, и другое обернулось бы громкой сенсацией. Но если бы Фрейя стала автором такого разоблачения, Фергюс больше никогда бы с ней не заговорил.
– Что-нибудь еще? – спросил Фергюс. Она заметила, что мужчина не называет ее по имени.
– Да. Тебе знаком некий Гордон Таллок?
Еще одна пауза, затем:
– Да. А почему ты спрашиваешь?
Фрейя немало удивилась. Не потому, что Фергюс знал Гордона, а потому, что в первый раз ответил на вопрос.
– Откуда ты его знаешь?
– Если я не ошибаюсь, он руководил раскопками в Нессе. Преподавал в колледже. Занимается благотворительностью. Его хорошо знают на этих островах.
– Помнишь, в понедельник я сказала, что кто-то наблюдал за вами с пляжа?
– Угу.
– Это был он. А теперь он исчез.
– В каком смысле исчез?
Фрейя объяснила, что этим утром приезжала к нему домой, хотела поговорить, но не застала его.
