Фрейя выбрала компьютер на дальнем конце стола, с экраном монитора, обращенным к стене. Просматривать такие фотографии в общественном месте довольно рискованно, но ей нужно было точно знать, что она собирается показать Кристин. За столом сидел только один человек – пожилой мужчина, казалось, увлеченный какой-то историей на сайте «Би-би-си Оркни». Когда Фрейя проходила мимо него, она могла бы поклясться, что увидела размещенную в статье фотографию раскрасневшейся пухлой физиономии Грэма Линклейтера, и в голову пришла мысль, что, возможно, она не единственный журналист, с кем разговаривал Скотт. Но старик прокрутил страницу вниз, прежде чем Фрейе удалось толком рассмотреть снимок, и она отругала себя за то, что ей не все равно, кто первым осветит новость. Важно, чтобы правда выплыла наружу, а не то, чтобы присвоить себе лавры разоблачителя.
Девушка завела для нее гостевой аккаунт и вернулась на свое рабочее место. Собравшись с мыслями, Фрейя загрузила диск и почувствовала прилив адреналина, когда услышала, как что-то зажужжало в дисководе. Открылось окно браузера файлов, и она кликнула на единственную папку, помеченную буквой «X».
Снова появился длинный список миниатюр. На этом, более современном, компьютере они отображались в виде небольших фотографий, так что можно было видеть картинку, прежде чем ее открывать. Фрейя заметила, какие они темные, и энтузиазма поубавилось. Похоже, Пол предпочитал количество качеству, соблюдая предельную осторожность при съемке, и добывал что-то полезное только в двадцати процентах случаев. Она вспомнила диски и конверты в коробках из-под обуви и задумалась о мотивах, двигавших Полом. Шантаж? Месть? Что бы это ни было, у него явно не хватило духу осуществить это. Перед ее мысленным взором возникло имя на одном из конвертов, и Фрейя задалась вопросом, как бы она поступила, если бы этот человек появился на фотографиях. Случись такое – и то, что она планировала сделать дальше, стало бы неизмеримо более сложной задачей.
Первая фотография разочаровала. Изображение было размытым и мозаичным, хотя лица на переднем плане просматривались достаточно четко. Все напоминало обычную домашнюю вечеринку – на диване трое подростков, парни по обе стороны от блондинки в коротком красном платье. На вид ей было не больше шестнадцати. Она не выглядела такой уж пьяной; возможно, была подсадной уткой, а не девушкой из списка. Мысль об этом снова разожгла огонь в душе Фрейи. Холодный расчет, которым руководствовались организаторы этого предприятиея, был просто отвратителен. Она заметила, что имя файла представляло собой серию из девяти цифр с расширением
Фрейя закрыла предварительный просмотр, снова заглянула в список мини-изображений и быстро прокрутила их, изучая даты. Фотографии появлялись с интервалом в три месяца. С такой периодичностью устраивали вечеринки или же Пол снимал в те дни, когда бывал там? Она еще очень многого не знала. Одной из важных задач оставалось выяснить, как все это связано с убийством Олы и Лиама.
Через веб-браузер она зашла в свой аккаунт Twitter и открыла личные сообщения. Никаких вестей от Скотта.
– Ты здесь? Фотографии у меня.
Она ждала целую минуту. Ничего.
Но это не имело значения. Если бы она смогла найти на диске что-нибудь, подтверждающее его слова, этого пока вполне хватило бы.
Фрейя открыла несколько фотографий с других вечеринок. Ничто на них не напоминало ей о ферме «Иствинд», но Скотт говорил, что Линклейтер каждый раз менял локацию. Если бы Пол намеревался использовать фотографии для шантажа тех, кто платил за участие в вечеринках, у него вряд ли что-либо получилось – отсутствие заказчиков в кадре бросалось в глаза. Фотографии становились все четче по мере того, как Пол совершенствовался в скрытой съемке, но на них по-прежнему были видны только компании подростков в разных стадиях опьянения. Иногда на заднем плане мелькали одна-две темные фигуры, но камера была недостаточно продвинутой, из-за чего разглядеть их в деталях при слабом освещении делалось невозможным. Фрейя все больше нервничала, бешено отстукивая ногой по полу, когда наткнулась на фотографию, от которой замерла. И снова там была запечатлена лишь группа выпивающих юнцов, но одно лицо выделялось на общем фоне.
