Она поставила ногу на первую ступеньку, и та застонала под ее ботинком.
Сердце бешено колотилось. Фрейя почувствовала, как оно стучит у нее в горле, и кровь зашумела в ушах. Лихорадочно метались в голове мысли, но она изо всех сил старалась сосредоточиться. На верхней лестничной площадке она увидела три запертые двери. Четвертая была открыта. Из-за двери доносились жужжание и шипение жесткого диска при загрузке компьютера, но с того места, где стояла Фрейя, она не могла видеть, что происходит внутри комнаты. Свет, падавший на видимую часть стены, казался неестественно ярким и скорее исходил от лампы, чем лился из окна. В следующее мгновение на освещенную стену упала тень, и длинное тело Пола показалось в дверном проеме.
Он кивнул в сторону.
– Все готово.
Фрейя осталась наверху лестницы.
Пол вздохнул.
– Послушай, ты, черт возьми, умоляла
– После тебя.
Он покачал головой, словно находил жалким поведение гостьи, и отступил назад.
Фрейя внимательно наблюдала за ним, пересекая лестничную площадку. Стараясь держаться между Полом и намеченным путем к отступлению, она заглянула в комнату, заполненную стародавним барахлом. Холодная и тесная, комната казалась еще меньше, чем выглядела вначале, из-за коробок и стопок бумаги, которые сваливались на пол с незастеленной кровати. Запах, чем бы ни вызванный, здесь ощущался острее. Фрейя чувствовала его вкус на языке, и от этого у нее разболелась голова, не давая сосредоточиться. Она не смогла скрыть отвращения.
Пытаясь сохранить ясность ума, она отметила, что не ошиблась насчет освещения: потертые занавески были задернуты, а свет исходил от голой лампочки, свисавшей с потолка. Из-за сенсорной перегрузки Фрейя слегка растерялась, не понимая, что делает в этом зловонном помещении, пока ее взгляд не упал на компьютер.
Она забыла о всякой предосторожности и отступила на шаг от двери.
Компьютер стоял на письменном столе у дальней стены. Пол не солгал в одном: агрегат был древний – массивный монитор с электронной лучевой трубкой, установленный поверх горизонтального компьютерного блока с дисководом для гибких дисков и еще одним для CD-ROM. Никаких признаков USB-порта и наличия функции Bluetooth. Он был кремового цвета, как и все компьютеры девяностых, но с годами его оттенок несколько изменился, приблизившись к коричневому. Без подключения к интернету Пол не смог бы перенести фотографии со своего телефона на жесткий диск, не записав их на диск с другого устройства. У него наверняка сохранились копии этих файлов. Фрейя оглядела окружающий беспорядок, но от его вида у нее только закружилась голова.
Она сосредоточилась на экране, как моряк, страдающий морской болезнью, устремляет взгляд на горизонт. Серый рабочий стол Windows 98 вызывал у нее воспоминания о временах начальной школы, наполняя голову ненужными мыслями. На экране появилось открытое окно, файловый браузер. В нем была только одна папка с простой отметкой «X». Она вдруг поймала себя на том, что не знает, где находится Пол. Она обернулась, чтобы убедиться, что он не сдвинулся с места, в отличие от нее самой. Теперь они стояли практически рядом друг с другом на равном расстоянии от двери. От его взгляда холодок пробежал у нее по коже.
– Я хочу одна посмотреть их, пожалуйста.
– Нет.
– Я чувствую себя неуютно, находясь наедине с тобой в этой комнате.
Его верхняя губа дернулась. Он стиснул зубы.
– Мне плевать, что ты чувствуешь. Я занимался своими делами, ты приперлась ко мне, так что либо смотри эти фотографии, либо убирайся к черту из моего дома. Тебе решать, женщина.
Фрейя обгрызла ноготь до мяса и теперь ощущала боль. Она не могла повернуться к Полу спиной, пока рассматривала фотографии. Надо было придумать, как избавиться от него, но сумятица чувств не позволяла. Разум, как заезженная пластинка, метался между желанием увидеть фотографии, нежеланием ослабить бдительность и мыслями о том, как бы уйти отсюда с копией файла «Х», что бы в нем ни хранилось. И вдобавок ко всему токсичный смог застилал ей мозг: приходилось думать о том, как ужасно пахнет в комнате, насколько она захламлена, как скудно освещена, как далеко теперь входная дверь. Сквозь подошвы обуви Фрейя чувствовала песок и грязь на ковре, как если бы стояла в одних носках. Ей казалось, что она ощущает вкус пятен на несвежих простынях. Она знала, что нужно выбираться отсюда, и как можно скорее.
Но она не могла. Не могла уйти с пустыми руками.
– Пожалуйста, мне нужно всего пять минут.
– Какая разница, буду я здесь или нет? Если только ты не замышляешь что-то.
– Что, например?
– Ну, не знаю, ты могла бы переснять фотографии на свой телефон.
На самом деле это была хорошая идея, до которой сама она в таком взвинченном состоянии не додумалась. Она сунула руку в карман пальто, но нащупала только смятый конверт. Ее сердце упало.
– Я оставила свой телефон в машине. Он на пассажирском сиденье.
– Серьезно?
– Это правда, пойди проверь.
– Хорошая попытка, я оценил.
