– Теперь я смогу купить себе что-нибудь на сэкономленные деньги. Хотя, скорее всего, родители купят близнецам. Но, может, и мне что-нибудь достанется. Сникерс? Мороженка?
Катя усмехнулась.
– Меня ненавидит вся школа, зато лучший друг доволен. Это того стоило.
Она плюхнула рюкзак на парту и принялась доставать учебники. Если бы в школе поставили шкафчики, жизнь стала бы намного проще.
– А твой тест как? – опомнился Гоша.
Катя пожала плечами:
– Ну я перевалила за половину.
– Шестьдесят пять? Семьдесят?
– Перевалила за половину, – медленно повторила она, – еле-еле. Пятьдесят два вообще-то.
Гоша присвистнул.
– Да, ты едва удержалась, подруга. Думаю, я лучше подарю футболку тебе. И отмечу этот день в календаре. День, когда я набрал за убойку больше, чем Макарова.
Катя криво улыбнулась. Было приятно осознавать, что в ее стремительно меняющейся жизни Гоша остается таким же. Все та же идиотская прическа ежиком, резкие, выразительные движения, как будто он выступает на сцене, пестрые футболки всех цветов радуги и бесконечный оптимизм.
– Подарю тебе плакат «Худший друг на свете», – она старалась не обращать внимания, как все вокруг косятся на нее и периодически произносят что-нибудь обидное. Вроде бы говорят друг другу, но так, чтобы она наверняка слышала. Не то чтобы у нее раньше было много друзей, но всеобщая ненависть оказалась той еще дрянью.
– У мамы сегодня день рождения, – Гоша достал из рюкзака кошелек и вытащил смятые купюры: ровненькая пятисотка и несколько скомканных сторублевых.
– Ага, – кивнула Катя, – я уже утром поздравила тетю Лену. Она сказала, что ты спишь в пижаме со слоником Дамбо.
Гоша сделал возмущенное лицо.
– Это слон, и он летает! Что вообще может быть круче? Ладно, я тут подумал: может, ты поможешь мне выбрать подарок? Всякие там женские штучки.
Катя бросила скептический взгляд на кеды, на джинсовку и небрежно брошенный на парту рюкзак. Ага, женские штучки, точно.
– Думал после уроков заскочить в «Поплавок». Пойдешь, или тебя посадили под домашний арест?
Катя постаралась не выдать обиды в голосе:
– Мама? Даже если она захочет, не заметит, что я ухожу из дома.
«Уже не замечает», – добавила она про себя. Перспектива соваться в самую темную бездну, в источник зла, где прорастает черное дерево и ключ к которому хотят получить все монстры и уроды этого мира, немного смущала.
С другой стороны, где еще покупать одежду?
– «Поплавок» так «Поплавок», – Катя пожала плечами, – надеюсь, там будет чем заняться.
– Пупсик, я хочу эту шмотку, – Бьянка приложила к себе бордовое платье и покрутилась, подхватив юбку правой рукой, – я в нем буду чумовой.
Джонни надул пузырь из жвачки, лопнул его, собрал с лица и склонил набок голову.
– А по цене что?
Она надула губы.
– Ты вечно смотришь только на цену. Ну, чего тебе стоит? – Она положила руки ему на плечи. Взгляд скользнул по большому зеркалу: они были красивой парой. По-настоящему секси суперпарой.
Он высокий и загорелый, с буграми мышц под шелковой рубашкой, с мощным подбородком, на котором недавно появился намек на ямочку, с притягательным прищуром глаз и жесткими черными, чуть взъерошенными волосами. Она стройная и фигуристая, с тонкими ногами, упругой задницей и красивой грудью. Ее светло-русые волосы хорошо сочетаются с его темной кожей, а его рубашка гармонирует с фиолетовым оттенком ее глаз.
– Мы секси, – шепнула она ему на ухо, – а в этом платье я буду еще лучше.
Джонни сомневался.
– Ну, пожалуйста, – Бьянка поправила очки, которые закрывали половину лица, – ну что тебе стоит? Просто убьем кого-нибудь побогаче. Вроде того толстого перца, – она ткнула на солидного крупного мужчину в дорогом костюме, – он похож на дядю Висконто. Ненавидела этого напыщенного кретина…
Джонни оценил план Бьянки задумчивым «хм».
Она смотрела снизу вверх, немного приспустив очки, и Джонни увидел ее выразительный просящий взгляд. Этого хватило.
– Ради тебя, детка, что угодно.
– Уи-и-и! – она обняла его и поцеловала. У его губ был привкус розовой мятной жвачки.
