Тень богов полностью

Вокруг них высились деревья с толстыми стволами и серой корой. С ветвей свисали тела – вниз головой, привязанные веревками за лодыжки. Мужчины и женщины были подвешены, как свиньи на убой, вытянутые руки болтались, словно пытаясь достать до земли. Их выпотрошили и содрали кожу, их плоть была разорвана падальщиками, глазницы были темными и пустыми – там, где глаза выклевали, – губы и языки разорваны. Под каждым телом были навалены кучи потрохов, мухи роем вились вокруг.

Варг насчитал двадцать четыре мертвеца.

На груди каждого была вырезана руна.

Варг почувствовал, как у него сжалось нутро, сделал шаг прочь из строя, нагнулся, и его вырвало на поросший мхом берег.

– Давно? – спросил Глорнир у Эдель.

– Может, месяц назад? – нахмурилась разведчица. – Трудно сказать; тела сохранил холод.

Некоторые из разведчиков Эдель шарили наконечниками копий в грудах кишок. Один вскрикнул и вытащил наружу сапог, а затем ножны от кинжала. Другой подцепил копьем кусок ткани и поднял в воздух. К нему была приколота сверкающая золотом брошь, выполненная в форме орлиных крыльев.

Ирса зашипела. Ольвир подошел к трупам и уставился на брошь на плаще, который поднял разведчик, потом на мертвые тела. Его лицо исказилось, но Варг увидел в нем не страх. Это было глубочайшее горе.

– Ты знал их, – сказала Вол Ольвиру. Это был не вопрос. Она посмотрела на Скалька и нахмурилась. – Это ты послал их.

Глорнир тоже взглянул на Скалька. И двинулся к нему. Гальдурман сделал шаг в сторону, перехватив посох поудобнее.

– Это дренгры Хелки, – прорычал Глорнир. – А ты говорил, что она слишком занята стычками на границах, чтобы посылать кого-то из своих воинов.

Двое мужчин смотрели друг на друга на протяжении одного долгого, словно застывшего мгновения.

– Я имел в виду, посылать еще кого-то из своих воинов, – пожав плечами, сказал Скальк, нарушая молчание. Он обошел Глорнира и встал под одним из трупов, ткнул в него своим посохом, чтобы тот повернулся. Веревка, связывающая лодыжки мертвеца, скрипнула и порвалась, и тело упало на землю красной мясной кучей. Скальк перевернул его посохом, хрипя от усилий, присел на корточки и уставился на руну, вырезанную на груди. Нахмурился.

– Bannað jörð[23], – пробормотала стоявшая рядом Вол. Скальк поднял на нее глаза.

– Запретная земля, – сказала она.

«Мне это не нравится», – подумал Варг, вытирая желчь со рта и медленно поворачиваясь вокруг себя, пытаясь пронзить взором окружающий мрак.

Он услышал шаги: Свик встал рядом с ним, Рёкия – с другой стороны.

– Ты в порядке? – спросил его Свик.

– Нет, – ответил Варг. – Мне страшно.

– Страх – это хорошо, – сказала Рёкия. – Он обостряет чувства, делает тебя быстрее и сильнее. Это кузница твоего мужества, и он поможет тебе убить врагов.

Свик нахмурился.

– От этого зрелища мне хочется намочить штаны и сбежать, – сказал он. Затем он снова посмотрел на Варга. – Мы все испытываем страх. – Пожал он плечами. – Но мы все равно сражаемся. И прикрываем друг друга. Ибо мы Заклятые Кровью.

– Эдель, – сказал Глорнир, – обыщите тела. Обшарьте эту землю. Я хочу знать все, что возможно, о том, на кого или на что мы охотимся.

– Будет сделано, хевдинг, – ответила она.

– Заклятые, готовьтесь, мы скоро пойдем дальше, – крикнул Глорнир, и, услышав его слова, вороны в ветвях над головами людей начали каркать и скрежетать. Он перевел взгляд со Скалька на Вол, затем на воинов, стоявших позади него. – Нам не сказали всей правды, очевидно, но это не имеет значения. Мы Заклятые Кровью, и мы уже здесь. Мы избавим эти холмы от того, что здесь таится, и заработаем свою монету.

Они молча ждали, пока Эдель и ее разведчики разделывали трупы, осматривали их, а затем обследовали землю. Вскоре она подала сигнал, указывая путь вперед, во мрак. Глорнир бросил последний взгляд на Скалька, поднял руку и зашагал за Эдель и ее волкодавами, а Заклятые Кровью последовали за ним. Варг оглянулся на трупы, сваленные под деревьями, и увидел Ольвира, который стоял, уставившись на того, что первым упал на землю. Но Скальк рявкнул, и дренгр поспешил следом.

По щекам Ольвира катились слезы.

Орка, давясь и булькая, глотнула из рога медовухи, в то время как Лиф в очередной раз протащил изогнутый костяной рыболовный крючок сквозь кожу и плоть на ее спине.

– Прости, – пробормотал Лиф, продолжая зашивать рану, которую ей нанес Дрекр. Потом он остановился, чтобы полить наполовину законченный шов водой, и наступила передышка. А затем выхватил у Орки рог с медовухой, плеснул немного ей на спину и тут же вытер полоской льняной ткани. Она напряглась, еще раз вскрикнула от боли.

– Прости, – снова сказал Лиф.

– Просто продолжай, – прорычала Орка, забирая обратно медовуху. Ее голос стал резким, а горло болело и распухло в том месте, где Дрекр пытался раздавить ей трахею. Хмель успокаивал боль. Немного.