– Мудрым? Конечно, это было неразумно, – сказала Эльвар, ее челюсть задрожала от внезапной улыбки, а слезы текли по щекам и падали на лицо Гренда. Она погладила его по лбу. – Я так боялась… – прошептала она.
– Боялась чего? – пробормотал Гренд.
– Жизни без тебя, – сказала Эльвар.
Улыбка смягчила суровое лицо Гренда. Он протянул руку и погладил ее щеку, поразительно нежно для себя, жестокого воина, человека из мира насилия.
– Ха, чтобы избавиться от меня, понадобится больше, чем несколько крылатых крыс, – сказал он, убирая руку.
– Хорошо, – засмеялась Эльвар.
– Пить, – пробормотал Гренд.
Эльвар откупорила флягу с водой и приподняла голову Гренда, чтобы влить несколько глотков ему в рот.
– Я скоро встану, – прошептал он, а потом закрыл глаза и уснул.
Эльвар прислонилась к нему, улыбаясь и доедая свой ужин.
Потом она услышала шаги: к ней приближался один из воинов. Это была Солин с двумя рогами эля в руках. Седовласая женщина села рядом с Эльвар и протянула ей один из рогов.
– У меня пефед тобой крофный долг, – проговорила Солин, брызгая слюной.
– Ты в порядке? – спросила Эльвар, поставив на землю горшок со скиром, и взяла рог.
– Эфи маленькие фефенские уфлюдки фыбили мне субы, – пролепетала Солин, открыв рот и демонстрируя красные, окровавленные десны на месте трех передних зубов.
– Вот гадость, – сказала Эльвар.
– Я жифа, – сказал Солин, пожав плечами. – Лучше поферять нефколько фубов, чем физнь. И за это я долфна благодарить тефя.
– Мы – сестры по щиту, – сказала Эльвар. – Так что не за что благодарить. Ты бы сделала для меня то же самое.
– Надеюфь, – сказала Солин, – хотя ты не уфнаефь этого, пока не окафефься в бою. Фот тогда-то и нафтупает время, кокта проферяетфа крепофть фердца и кофтей воина.
Она взглянула на Эльвар. Щека и бровь Солин, украшенные татуировками, дрогнули, и она протянула руку в воинском приветствии:
– Я феню тфое фертфе воина, тфою боевую филу и горфуфь тем, фто могу нафвать тефя фефтрой.
Эльвар с улыбкой взяла Солин за руку. Они сидели и пили эль вместе.
Тут чей-то смех привлек внимание Эльвар. Оглянувшись, она увидела Бьорра с Успой, Кракой и гундур-трэллом. Он шел от них к железному котелку с едой, висевшему над огнем очага.
– Не присмотришь ли ты за Грендом вместо меня? – сказала Эльвар, осушив свой рог с медовухой. – Мне нужно сказать еще кое-кому спасибо.
– Аха, – сказала Солин.
Эльвар встала и пошла через лагерь, увидев, что Бьорр уже оставил котел и уходит прочь. Она последовала за ним, пробираясь через лагерь, мимо вырытой ямы с кострищем, мимо сидящих и разговаривающих воинов. Сайват напевал себе под нос. Она махнула рукой в ответ на их призывы, покачала головой на их приглашения посидеть и вместе выпить и пошла дальше, к дальнему краю стоянки на берегу ручья. Здесь повозки стояли плотно друг к другу, а уцелевшие пони были распряжены и стреножены.
Бьорр как раз отдавал миски с едой Успе, Краке и гундур-трэллу, и все четверо смеялись над какой-то шуткой. Потом он сел и начал есть вместе с ними. Когда Эльвар подошла и встала рядом, все четверо подняли на нее глаза.
– Я хотела поблагодарить тебя, – сказала Эльвар, во рту у нее пересохло, и слова говорились будто сами собой.
– Ну, тогда продолжай, – с улыбкой сказал Бьорр.
– Спасибо, – сказала Эльвар. – Ты спас жизнь мне и Гренду. Мы стали бы пищей для теннуров, если бы ты не вернулся за нами.
– Да, стали бы, – согласилась Успа.
– Теннуры сейчас устроили бы прекрасный пир из твоих молодых, белых зубов, – сказала Крака, и все они засмеялись.
Эльвар постояла еще несколько мгновений, смех утих, и воцарилась тишина.
– Не за что, Эльвар Огненный Кулак, – сказал Бьорр.
– Почему ты это сделал? – спросила его Эльвар. – Вырвался из стены щитов? Рисковал своей жизнью ради меня?
Он улыбнулся ей.
– Неужели не ясно? – ответил он, улыбаясь.
Элвар взяла его за руку, подняла на ноги, притянула к себе и поцеловала, мягко и долго, ощущая кисловатый вкус скира в его дыхании. Когда они оторвались друг от друга, Бьорр смотрел на нее не мигая, его щеки раскраснелись, и она чувствовала, как его сердце колотится в груди. Она повернулась, все еще держа его за запястье, и повела по берегу ручья, прочь от лагеря. Сзади донесся тихий смех Краки. Старая ива выросла перед ними: ветви ее занавесом падали в ручей и лежали на глинистой земле. Эльвар протиснулась сквозь ветви в укромное место у ствола, где земля была покрыта мхом и мягкой травой, затем повернулась и посмотрела на Бьорра. Он стоял, молча глядя на нее. Эльвар убрала с его лица прядь темных волос, выбившуюся из косы, провела ладонью по веснушчатой щеке, потом скользнула рукой вокруг шеи, притянула его к себе и снова поцеловала. Сильнее, чем раньше. И медленно потянула его за собой, на землю.
Варг спешил за Свиком и остальными, спускаясь по тенистому склону. Бойцы как раз вышли на ровное место, когда он догнал их.
