И тут я вспомнила про цветодрака, которого успела сунуть за пазуху перед тем, как броситься бежать. Тот так и не подавал признаков жизни. Осторожно я выудила его на свет и осмотрела. Действительно на Соника похож! Разве что немного хулиганистей на вид. Хохолок свалялся в сосульки, хвостик тоже подоблез. Дракошка выглядел больным и изможденным.
– Когда ты его поймал? – задала вопрос притихшему Дылде.
– Три дня назад.
– Три дня?! Ты его кормил хоть раз? Поил?
По растерянному виду парня было понятно: ни то ни другое.
Я раздраженно вздохнула, и в этот момент в узкое окно прачечной влетел Соник.
– Он убил моего брата! Уморил голодом, а потом задушил! Давай выведем его за стену и скормим этим тварям, что кружат над замком. Или Сфире ночью!
– Соник! – ахнула я.
Никогда не видела дракошку таким кровожадным, и порадовалась, что мальчишки его не понимают.
– Они убили… – Недобро сузив глаза, Соник уставился на Дылду.
– Подожди! – Я осторожно взяла мятого дракончика и положила в корытце с водой. – Уверена, твой брат такой же крутой и сильный, как ты. Сейчас мы его приведем в чувство.
Стоило дракошке намокнуть, как он встрепенулся, перевернулся на лапки и принялся жадно лакать воду маленьким язычком. Милейшее зрелище! Меня все еще удивляло, что язычки у этих дракошек не раздвоенные, как полагается ящерам, а просто розовые и остренькие. Такими удобно слизывать нектар.
– Живой! – радостно пискнул Соник.
– Живой! – выдохнул Дылда и вдруг расплылся в победной улыбке. – Синий дракон все-таки привел нас в замок Дорт-Холл! Старая Аруха не ошиблась в своем предсказании.
Я настороженно уставилась на парня.
– Отлично. И что тебе здесь понадобилось?
– Волшебный меч драклорда Берлиана, конечно же, – ответил тот и смутился. – Он где-то здесь – в подвале. Говорят, там для него есть особое место.
– Ты хочешь с кем-то сразиться или просто продать его и выручить денег? Я могу дать тебе другой меч, их здесь много.
Я действительно нашла кое-какое оружие и спрятала в разных местах замка на всякий пожарный.
– Дылда? Сражаться? Да он разве что с палкой умеет обращаться! – расхохотался Шнырь, шмыгая носом.
– Заткнись! – Дылда ловко отвесил ему затрещину, а затем повернулся ко мне. – Не умею я сражаться, ньера. Но я должен заступиться за сестру. У нее больше никого, кроме меня, нет. Но тот меч не простой, а волшебный. Говорят, он выполняет желания хозяина.
– Тепленький ты, Дылда! – не унимался Шнырь. – Он выполнял желания драклорда, а тот был магом! На твои желания мечу начхать! Ты же не маг!
Разочарованию Дылды не было предела. Посерев лицом, он опустился на край корыта и, смешно взмахнув руками, соскользнул внутрь, намочив пятую точку. Подскочил, полыхая красными ушами и щеками.
– Успокойся! Просто расскажи мне, что случилось. Попробуем что-нибудь придумать, но прежде вы должны вымыться, и будем готовить ужин. Я ужасно проголодалась!
– Вымыться? Ужин? – Шнырь уставился на меня с недоверием.
– Проголодалась?!
Дылда тоже отодвинулся на шаг, пряча мелкого за спину, а сам выставил вперед руки и начал пятиться к выходу, не спуская с меня глаз.
– Эй, парни, вы чего?
Удивленная подобным поведением, я нахмурилась.
– Есть нас станете, да? – Шнырь обреченно всхлипнул.
Кажется, оба всерьез верили в такое развитие событий. Я только вздохнула и покачала головой.
– Вот еще! Делать мне нечего! Но грязнуль и вшивых в замок не пущу. Скормлю Сфире, ей уж точно без разницы, кого употреблять в пищу и в каком виде. Оболочка для нее вообще не главное.
Парни долгое мгновение молчали, словно делая какие-то выводы, а затем на меня обрушился целый поток вопросов. Их интересовало буквально все! Кто я такая, как здесь оказалась и прочее, и прочее… Пришлось прикрикнуть, чтобы добиться тишины.
– Слушайте внимательно. Меня зовут ньера Василина, и вы должны меня слушаться, потому что я… Я – Тень алмазного дракона.
Реакция мальчишек дорогого стоила!
Оба упали на колени как подрубленные и наперебой заголосили что-то невнятное.
– Тихо! Если хотите получить ответы и помощь, поклянитесь слушаться меня беспрекословно, иначе…
Я еще не придумала, как им пригрозить, но мальчишки оказались сообразительней. Дылда поднял голову и, глядя честными глазами с васильковым отливом, серьезно так выдал:
– Я, соха Силан, клянусь в верности Тени Дракона! Да поразит меня Дракон-Прародитель, если нарушу свое слово!
– Я, соха Македон, клянусь в верности Тени Дракона! Да поразит меня Дракон-Прародитель, если нарушу свое слово! – точно эхо повторил за ним мелкий.
– Соха Силан, соха Македон, я принимаю ваши клятвы. В свою очередь, обещаю быть… – Я едва заметно запнулась, придумывая, как сказать правильно, и выдала: – Хорошим сюзереном. Аминь!
Не знаю, так ли полагалось принимать здесь клятвы, но мальчишки, кажется, прониклись.
– Отлично. А теперь – мыться! – Я похлопала в ладоши. – Схожу принесу вам одежду, и будем готовить ужин. Из здания до утра не выходить, это опасно. Соник? – позвала я дракошку, который куда-то улетал и только что вернулся с желтыми лепестками солнцеедов в лапках. – Ты видел носферов?
