— Ладно, — сказала она. — Теперь нужна пауза для драматического эффекта.
— Но...
— Тихо! У нас драматическая пауза.
И мы выдержали драматическую паузу.
— Это... была... охренительная... незабываемая поездка... — с расстановкой произнесла она. — Как прорыв сквозь пространство и время! Когда ты перескочил со второй сразу на четвертую скорость и на полном газу кинулся в щель между автобусом и автоцистерной, у меня душа вылетела вон из тела! А когда мы проскользнули в уже почти закрывшийся просвет и погнали дальше, в моей голове зазвенел голос: «О да... о да... о боже... о боже...» И так этот голос твердил всю дорогу до прибытия на место...
Она сделала паузу, и вместе с тем замерло мое сердце.
— Ну и как я справляюсь, Шантарам, без помощи ферзей?
Отлично. Она справлялась отлично. Я повернулся на сиденье так, чтобы краем глаза увидеть ее лицо.
— Я думал, ты не веришь в Бога, Карла.
— Да кто мы такие, чтобы верить в Бога? — сказала она, и губы ее были в миллиметрах от моего лица. — Достаточно того, что Бог верит в нас.
В этот момент мы могли бы поцеловаться. Мы должны были это сделать.
— Думаю, мне надо объясниться с Лизой, — сказал я. — А ты не хочешь объясниться с Ранджитом?
Она медленно отклонилась назад, пока на ее лицо не упала тень. Я вновь повернулся лицом вперед. Она ничего не сказала, и тогда заговорил я:
— В любом случае я должен поговорить с Лизой.
— Ты можешь сделать это прямо сейчас, — тихо сказала она.
— То есть как это?
— Лиза сейчас должна быть здесь, в отеле. Близнец и Скорпион закатили грандиозную вечеринку в пентхаусе. Они сняли полностью весь этаж и сегодня официально празднуют новоселье. Созвали чуть не весь город. Отчего, по-твоему, такая чехарда машин перед крыльцом? Потому я и попросила привезти меня сюда.
— Но... почему ты не сказала об этом раньше?
— А почему ты не знал этого сам?
Вопрос был хороший. И я не смог на него ответить.
— Ты туда пойдешь? — спросил я, по-прежнему глядя вперед.
— Сказать по правде, я рассчитывала, что ты будешь моим кавалером на этот вечер.
— А что, Ранджита не пригласили?
— Он будет занят допоздна: очередное заседание муниципального совета. Дидье еще несколько дней назад пообещал проводить меня после банкета и потом пропустить по стаканчику у меня дома. Но
Мне нужно было повидать Лизу и убедиться, что с ней все в порядке. Мне нужно было пообщаться с Дидье и узнать о последствиях стрельбы в «Леопольде». Сразу два веских аргумента «за». Однако меня пугала перспектива слишком долгого пребывания в обществе Карлы. Мы не виделись два года, и тут эта встреча на вершине и затем поездка до Города семи островов, во время которой ее тесная близость была подобна крыльям, вдруг выросшим у меня за спиной. И, как всегда с Карлой, все было очень запутано. Чего стоило одно только заявление, что ее супруг нужен ей живым в ближайшие несколько месяцев, — то был холодный, циничный расчет, однако меня это не волновало. Когда ей делали больно, она отвечала тем же, но я знал, что в душе ее нет места злу и что она никогда не навредит Ранджиту или кому-либо еще без очень серьезных оснований. Она была слишком сильна для известного ей мира, и я любил ее в том числе и за это, но я боялся, что при долгом общении с Карлой у меня просто не хватит духу снова ее покинуть.
— Сочту за честь быть твоим кавалером, Карла, — сказал я, не поворачивая головы.
— Сочту за честь быть твоей дамой, Шантарам, — эхом отозвалась она. — А теперь пора оттянуться по полной! Хочу взглянуть, какой из тебя танцор: такой же лихой, как гонщик, или еще покруче, быть может?
Я припарковал мотоцикл под навесом у входа в отель и, обернувшись, наткнулся на ее взгляд — шестнадцать ферзей и никаких пешек. Я застыл как вкопанный.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Да, а что?
— У тебя такой вид, словно тебе отдавили ногу.
— Да нет, все нормально.
— Точно?
— Точно, — сказал я, с трудом отводя взгляд от этого шаха и мата.
— О’кей, тогда идем веселиться. Уж там-то будет кому отдавить нам ноги.
Мы пересекли вестибюль и удачно, с ходу, попали в освободившийся лифт.
— Всякий раз в кабине лифта мне жутко хочется выпить, — сказала она в процессе подъема.
Двери открылись, и нашим взорам предстало веселье в полном разгаре. Комнаты пентхауса были забиты галдящими и хохочущими гостями, которые перемещались по коридору от одной компании к другой.
Мы отыскали Джорджа Близнеца, который танцевал на пару с Дидье под музыку, достаточно громкую, чтобы перекрыть голоса окружающих. Дидье накинул на голову скатерть, зажав ее край в зубах, как придерживают головной платок индийские женщины.
— Лин! Карла! Спасите меня! — завопил он. — Я вынужден смотреть на танцующего англичанина. Это невыносимое зрелище.
— Лягушатник-попрыгун! — отозвался Близнец со счастливым смехом. Судя по всему, он пребывал на вершине блаженства.
— Сюда, Лин! Карла! Потанцуйте со мной! — позвал Дидье.
— Я ищу Лизу! — прокричал я сквозь шум. — Ты ее видел?
