Сэт остановился возле каменной площадки, пучки травы пробивались сквозь швы между здоровенными квадратными плитами. Края ее были завалены обломками форта и поросли диким орешником, но впереди виднелся небольшой ровный участок, на нем темнело старое выгоревшее кострище. В былые времена это явно был кусок внутреннего двора, но теперь площадка на две трети была не защищена, сохранился лишь угловой кусок стены ближе к обрыву.
– Копоть смыло дождями за годы, но я помню, как все вокруг было чернее ночи. Мы ходили по щиколотку в пепле, из которого торчали прогоревшие тела.
– Лис!
– То было больше двадцати лет назад, не вижу смысла сглаживать углы. Во всем этом есть некая ирония: согласно писанию, Ашелия выделялась среди изначальных как раз любовью к огню. Ее последователи до сих пор воют, что нужно канонизировать титул «хранительницы очага» или какой-то схожий бред. Вот он – очаг.
Старый вор сделал широкий жест рукой, словно презентуя выгоревший когда-то остов. А может, указывая на творение рук своих. Ведь не все созданы, чтобы создавать, кто
Ослабив ремешки, он запустил руку в седельную сумку, вытащил на свет яблоко. Присмотревшись, понял, что один бок некогда спелого плода успел покрыться пятнышками черной, махровой плесени. Их путешествие затянулось… Гнилая поверхность напомнила о выгоревших остовах за его спиной. Настроение испортилось пуще прежнего.
– Солнце еще не зашло, мы остановились раньше, чем обычно. Пройдусь тут, пока есть время.
Спутники копошились в своих седельных сумках, лишь Сэт глухо отозвался:
– Главное – не упади в какой-нибудь колодец. Или и вовсе с обрыва. – Когда Эдвин буркнул что-то утвердительное, Лис соизволил обернуться, бросил через плечо: – Я серьезно. Смотри под ноги, часть первого этажа сгорела, а потом еще и гнила под всеми дождями кучу лет.
– Я тебя услышал.
Юноша развернулся и зашагал в сторону башни, которую не тронул огонь. Руины манили, возвышаясь впереди, но столь же привлекательна была возможность провести несколько минут в одиночестве. Он пересек площадку, обходя лежащие на пути булыжники. Задрал голову, уставившись на темнеющие бойницы. Несмотря на то, что сохранилось не более четверти от былого величия твердыни, даже этот кусок казался по-настоящему огромным. Сложно было представить, как все вокруг выглядело в период расцвета. Эдвин задрал голову еще выше и словно воочию увидел стоявших на стене людей. Кричащих, снующих туда-сюда. Выпускающих стрелы, выплескивающих горючую смесь, раздающих приказы. А затем канувших в небытие.
Помня о необходимости смотреть под ноги, Эдвин с трудом оторвал взгляд от стены и зашагал дальше. Форт имел квадратную форму, из четырех угловых башен – три пали. На мгновение замешкавшись, он нырнул в темный арочный проход. Опоясывающая внутренности деревянная лестница сгнила, и если бы он потерял остатки разума и захотел вскарабкаться на стену – здесь эта возможность была утрачена. Зато откуда-то спереди потянуло свежестью, башню довольно сильно продувало сквозняком.
Юноша миновал горы хлама, внутренне готовясь наткнуться на осколки черепов или проржавевшее оружие. Потом вспомнил слова Лиса о том, что здесь всю войну квартировался гарнизон Вильгельма. Навряд ли бы гвардейцы сидели здесь годами, бок о бок с трупами и последствиями штурма – все это было вычищено в первые же недели. Теперь вокруг догнивали лишь остатки скучного солдатского быта.
Причина сквозняка выяснилась сразу, стоило только повернуть за угол. Последний бастион все же пал, выступающая часть башни не уцелела во время битвы. Со стороны лагеря она выглядела единственным полностью уцелевшим строением, но эта часть основания была выбита внутрь, взрыв разнес дальнюю стену. Сквозь открывшийся проход открывался вид на долину, чуть под другим углом. Эдвин всмотрелся вдаль, словно надеясь отсюда увидеть прославленные шпили Аргента, но разглядел лишь красную полоску горизонта и точки тысяч деревьев где-то далеко внизу.
«
Шепот впервые озвучил нечто пространное, созерцательное. Юноша лишь поморщился, но осторожно шагнул в проход. Бастион выпирал на самой границе, в паре десятков шагов от стены виднелся обрыв. Как гвардейцы пробрались сюда, чтобы устроить взрыв? Ответа на этот вопрос не нашлось; возможно, раньше к этой площадке можно было добраться по камням, но все давно рухнуло. Оглянувшись, он осмотрел внешнюю часть стены, однако она ничем не отличалась от внутренней. Разве что выглядела еще более побитой жизнью, принимая на себя все капризы погоды извне.
