Мирослав одним выверенным ударом выбил меч у противника, перехватил руку с кинжалом, нацеленным ему в сердце, и с силой сжал ее. Послышался звук дробящихся костей и хриплый крик боли. Оборотень отшвырнул вояку в сторону. Тот упал на бок, потеряв при падении шлем, но, невзирая на боль, быстро подскочил, подобрал с земли клинок и с упорством разъяренного вепря снова атаковал. Мирослав увернулся – лезвие меча со свистом рассекло воздух. Противник рыкнул и повторно замахнулся. Оборотень снова уклонился, схватил его запястье и вывернул, хрустнув костью. Уронив оружие, рыцарь взвыл от боли. Удар в челюсть оборвал его крик. Мирослав отпустил его руку, и обмякший воин грузно рухнул на снег. Добивать вояку не пришлось, но безумный взгляд мертвых глаз отрезвил победителя. Оборотень осмотрелся вокруг: смерть, кровь, боль… И каждым движет стремление выжить любой ценой…
– Всеслав! – Анетта бросилась на грудь мужу. Тот не ожидал увидеть ее на крепостной стене и как-то неловко обнял, стесняясь окружающих их воинов. Те понимающе отвернулись, обсуждая происходящее на поле перед Антарой.
– Что ты здесь делаешь? – нахмурился молодой супруг и мягко отстранил ее от себя.
– Ты… ты ранен, – словно не слыша его вопроса, сказала она и с сочувствием посмотрела на юношу.
Лишь после ее слов Всеслав вспомнил, что так и не надел шлем, принесенный Энри, и до сих пор таскает его в руке.
– Анетта, что ты здесь делаешь? – повторно спросил он.
– Тебе больно?
– Ерунда… царапина… – смутился юноша и покосился в сторону стоящих неподалеку воинов, в надежде, что те не прислушиваются к их разговору.
– Хотела сама убедиться, что с тобой все хорошо и ты цел и невредим… Я так боюсь за тебя… – произнесла она, глядя влюбленными глазами на мужа. – Не хочу тебя потерять! – девушка снова прижалась к нему, совсем не брезгуя запятнанной кровью одеждой.
– Как только лорд Казимир мог тебя отпустить? Мне сказали, ты занималась его раной.
– Я сам с ней пришел, – раздался рядом голос барона Антарского. – Отдыхать некогда. А твоя жена даже мертвого уговорит выполнить ее просьбу! – несколько раздраженно заявил он. Затем, слегка прихрамывая, подошел к своим рыцарям и спросил: – Что там творится?
– Предполагаем, их атаковал граф Иверский, – ответил капитан. – Больше некому. Возможно, с ним Барток.
– Отец! – Всеслав оставил супругу и приблизился к родителю: – Нам бы им помочь! Ведь разобьют их! Конница быстро в пехоте вязнет. Враг не ожидает, что мы решимся выбраться из крепости! Я не могу допустить, чтобы из-за меня погиб друг…
– Остынь! – осадил сына барон и задумался. Все замерли в ожидании его решения. Наконец лорд Казимир произнес: – Ладно. Собирай людей. Возьми пятьдесят человек.
– Спасибо, – обрадовался юноша.
– Милорд, можно и мне со своими воинами? – спросил разрешения Милан.
– Хорошо, – согласился барон, подумав, что вассал – опытный рыцарь и присмотрит за мальчишкой. Порыв ветра поднял и бросил в их сторону едкий дым от горящего тарана. – И демоны вас задери, потушите скорей эту штуковину у ворот, пока все не задохнулись! Всеслав, твоя работа?! – парень кивнул. – Вот и исполняй, если хочешь как-то за ворота выбраться!
– Да, отец! – живо отозвался наследник, но, когда он посмотрел на жену, радость его померкла: та стояла, еле сдерживая навернувшиеся на глаза слезы. – Анетта, что ты?..
– Ты… мой отец… – только и смогла прошептать она.
Всеслав прижал ее к себе и тихо сказал:
– Я помню свое обещание.
– Ты видел моего отца во время штурма?
– Нет. Только перед самым его началом, – честно ответил молодой человек и поцеловал Анетту. – Береги себя…
Вскоре во внешнем дворе крепости стали раздаваться его приказы:
– Залить водой таран! Живо котлы на стену! Быстро! Не спать! Какая разница, что горячая вода, дурень? Ты и ты – бегом за веревками! Скорее, а то пинка под зад дам! Милан, собирай своих людей!
Воины и слуги зашевелились, и в скором времени со стен на горящий таран было вылито четыре котла воды. На счастье защитников, масло быстро прогорело: от подожженной конструкции теперь стало больше дыма, чем огня. Из-за вчерашней непогодицы дерево, из которого было сделано стенобитное орудие, отсырело и его удалось быстро потушить. Сложнее оказалось расчистить пространство перед воротами, чтобы можно было их открыть. Но и с этим как-то справились: сбросив сверху веревки, заканчивающиеся массивными крюками, подцепили бревна и оттянули их в сторону. Как только проход освободился, Антарские воины ринулись на врага.
Мирослав с разворота замахнулся мечом на противника. Но неожиданно враг исчез, а клинок со свистом опустился, косо рассекая тонкий ствол покрытого инеем деревца. Растение несколько мгновений еще постояло, словно ничего не произошло, а потом его верхушка рухнула на снег. Молодой человек не сразу сообразил, что произошло, и удивленно огляделся. Вокруг деревья, не слышно шума боя. Умиротворяющая тишина.
– А дерево чем перед тобой провинилось? – раздалось откуда-то сверху.
