Ригель касалась лица Феникса, её пальцы нежно скользили по его коже. Арген почувствовал, как сердце сжалось от ревности, но одновременно с этим его охватило странное чувство. Он наблюдал за тем, как его враг… Тот, кто претендовал на его место в сердце Ригель, так легко овладел её вниманием. В этом зрелище было что-то глубоко порочное, что-то тёмное, что заставляло его продолжать смотреть.
Каждый раз, когда Феникс касался её, когда его руки скользили по её телу, Арген ощущал, как злость и безумная ревность заполняли его разум. Он хотел ворваться туда, отогнать от неё Феникса, забрать Ригель себе, но… что-то в этой ситуации взывало к его инстинктам. Его ярость и ревность смешивались с диким влечением, которое он не мог контролировать. Он представлял, как входит в ту комнату, как их взгляды встречаются в напряжённой тишине. Он видел, как Ригель замирает между ними, как Феникс поворачивается, его глаза сверкают вызовом.
Арген стиснул зубы, пытаясь подавить эту бурю внутри себя, но каждый миг наблюдения только усиливал его одержимость. Он хотел ворваться туда, заявить о своём праве на неё, но знал, что эта игра гораздо глубже. Эти двое – Феникс и Ригель – причиняли ему невыносимую боль, но в то же время пробуждали нечто запретное и манящее.
– Ты знал, что Нова попросит о браке? – мой голос звучит тише, чем обычно, будто что-то внутри меня всё ещё сопротивляется этой теме.
Феникс чуть морщится, его губы изгибаются в лёгкой улыбке, в которой я замечаю напряжение.
– Нет. Это стало неожиданностью даже для меня.
– Ты спал с Реей?
Его взгляд тут же меняется, словно этот вопрос стал для него неожиданным ударом.
– Нет, – он выдерживает паузу и затем добавляет, словно поправляя самого себя: – Я не смешиваю удовольствие и работу, – проникающий взгляд пронзает меня, заставляя сердце пропустить удар. – Не смешивал.
В этот момент я пытаюсь осознать все эмоции, которые внезапно поднимаются в моём сердце. Ревность. Сомнение. Желание узнать правду.
– Ты хочешь жениться? – бросаю я, понимая, что мне необходимо услышать ответ.
– Нет. Но, находясь в доме Венеры, я не мог ответить отказом, – он делает глубокий вдох, словно готовится к серьёзному разговору. – Мы должны продумывать нашу стратегию наперёд, нужно быть хитрее. Род Венеры может стать крепким союзником для дома Марса. Проблема в том, – продолжает Феникс, его голос становится задумчивым, – что вся власть сосредоточена в руках Новы. Она не отдаст её так просто. Индис так и не удалось вырваться из-под контроля матери, – он бросает на меня изучающий взгляд. – Не знаю, сможет ли Лисса разорвать этот порочный круг.
Я слегка наклоняю голову, пытаясь уловить суть.
– Как получилось, что Нова удерживает власть так долго?
Феникс молчит несколько секунд, а затем, словно о чём-то вспоминая, говорит:
– За плечами Новы сложная жизнь. Но власть – это не только её желание. Это результат трагедии, которую она пережила. Ты хочешь узнать эту историю? Она касается не только Новы, но и Аргена.
– Хочу.
– Нова пришла к власти совсем молодой девушкой и правила Атлантидой в течение двух циклов, вместо одного, – продолжает Феникс, его голос становился глубже, словно он открывал мне двери в прошлое. – Во время её первого правления один из членов Совета сошёл с ума.
– Это был дед Аргена, – тихо добавляю, и понимаю, что эта история не будет простой.
Феникс вздыхает, и в его глазах появляется что-то тёмное, как будто эта история затрагивает и его личные эмоции.
– Он создал серьёзную угрозу для Атлантиды и почти погубил её. Из-за этого конфликта и несчастного случая наследница Новы погибла. Это была трагедия, которая исключила возможность передачи власти по установленному порядку.
– Я знаю об этом совсем мало, – тихо произношу я. – Детали скрываются от простых атлантов…
– Верно. Об этом ты могла бы узнать, только став правительницей, – кивает он. – Или от самой Новы. Но она не станет говорить об этом – это её больное место.
Феникс продолжает говорить, и я погружаюсь в его рассказ, словно по волшебству.
– После гибели наследницы не осталось никого, кто мог бы занять её место. Совет и жрецы приняли решение продлить правление Новы ещё на двести лет.
Я понимаю, что это было вынужденное решение. Нова не могла уйти раньше срока.
– Род Луны был отстранён от правления на два столетия, – говорит Феникс с едва заметной усмешкой. – Именно поэтому Аусту, отцу Аргена, пришлось так долго ждать своей очереди.
В его голосе сквозит что-то острое и холодное. Он продолжает:
– Сын ответил за дела отца. А дед Аргена был изгнан.
В этот момент всё становится яснее. Пазлы начинают складываться, и я понимаю, почему Нова так ненавидит род Луны.
– Теперь многое понятно, – тихо говорю я, погружённая в мысли.
Феникс кивает, его глаза по-прежнему полны тайн.
– Род Солнца всегда оставался в стороне, а наш род… – он бросает на меня короткий, красноречивый взгляд. – Ты сама знаешь, как сложна наша судьба.
– Спасибо, что честно мне всё рассказал.
– Завтра начнётся фестиваль «Объединения». Будь готова ко всему.
– Ты придёшь? – спрашиваю я, не отводя глаз.
