Жнец смотрит на меня с оценивающим любопытством, пока мой смех постепенно стихает. Я чувствую, что он близок к разгадке, и это меня беспокоит. Очень беспокоит. Я поднимаю руки в знак извинения, а затем указываю на надвигающуюся стаю, словно приглашая их к битве. Жнец хмурится. Наконец, он вновь поворачивается к вожаку, и я выдыхаю с облегчением.
— Это последний шанс, волк. Отдайте мне своего Альфу.
Наступает тишина, которую нарушает звук рвущейся ткани. Костюм трещит под натиском преображения. Слышатся стоны боли, хруст ломающихся и срастающихся костей. Я слышу, как шерсть пробивается сквозь кожу, как зубы увеличиваются и меняют форму. Слышен злобный рык и утробное ворчание. Когда волки поднимаются из тумана, их взгляды прикованы ко мне, словно Жнец между нами — лишь призрак.
Ашен оглядывается и пронзает меня своим пламенным взглядом. Сердце замирает. Одним ударом клинка он может лишить меня жизни. Одним моим взмахом я могу убить очередного Жнеца. Еще один демон падет от моей руки за гибель моей сестры. Но я не поднимаю меч против него, не знаю почему. Выдерживаю его взгляд.
— Ты готова, вампирша? — спрашивает Жнец.
Я обращаю свой пылающий взгляд к волкам, выходящим из тумана.
Киваю.
Я готова.
Первыми лезут вперед низшие члены стаи. Они крадутся вперед, рыча от ярости, их головы ниже линии тумана, но глаза светятся внутри него. Как только первый вырывается из мглы, Жнец уже замахивается.
Лезвие разрывает мышцы и скользит по кости. Я чувствую запах волчьей крови. Зверь воет от боли и падает с клинка Жнеца, рухнув на скользкий асфальт переулка. Угли и пепел взмывают в небо, когда тело распадается на части.
Жнец убивает следующих двоих, прежде чем я успеваю вмешаться.
Из тумана вылетает волк с черной шерстью и сверкающими оранжевыми глазами. Он перепрыгивает через Жнеца, у которого меч по самую рукоять торчит в теле другого. Черный волк рычит на меня, и я в ответ шиплю ему в морду, вонзая меч в шею.
Обожаю шипеть. Звучит так злобно, а я это редко делаю.
Как и убиваю оборотней.
Отвожу меч и отпихиваю труп волка с клинка, и тут понимаю, как я соскучилась по этому безумию, пока пряталась в тени. В последнее время охочусь только чтобы прокормиться, а не ради удовольствия. Чувствую, как сила возвращается, и это прекрасно.
Прохожу мимо Жнеца и встречаю следующего волка раньше, чем он успевает прыгнуть. Расправляю плечи и плавно взмахиваю мечом. Лезвие раскалывает позвонки, рассекает сухожилия и плоть. Голова волка отделяется от тела. Кровь брызжет мне в лицо.
Я облизываю губы и бросаю радостный взгляд на Ашена. Он хмурится и смотрит на меня с задумчивой строгостью. Поворачиваюсь обратно к волкам — они больше не сдерживаются.
Они бросаются в бой все сразу.
Окружают нас. Мы с Ашеном встаем спиной к спине. Некоторые оборотни толкаются, смыкая кольцо. Двое рычат и огрызаются, задевая друг друга плечами. Как всегда. Оборотни вечно лезут вперед, пытаясь занять лучшую позицию. Но мы со Жнецом — само хладнокровие. Мы ждем. Ждем, пока волки не сделают первый шаг.
Замираю и слушаю свое дыхание. Слышу, как медленно бьется сердце. Чувствую тепло Жнеца за спиной и вижу, как вспыхивает адский огонь на его клинке, рассекающем воздух словно маятник.
Первые волки бросаются в атаку. Они крупнее и сильнее, чем предыдущие. Но я не вижу среди них электрически-голубых глаз Альфы. Кажется, время ускоряется, когда мы с Ашеном рубим, режем, колем и кружимся в танце смерти. Наши мечи ни разу не сталкиваются. Мы как струны одного инструмента, созданные играть одну мелодию.
Качаю головой. Мелодия? Что за чушь... Хотя, знаете что? Наверное, это правда. У нас, вампиров, всегда была проблема с тем, чтобы отличить опасность от желания.
Собираюсь и снова фокусируюсь на том, чтобы кромсать оборотней и шипеть, пока есть такая возможность. Надо было считать трупы, чтобы после боя ткнуть этим в лицо Жнеца. Хотя, может, и не получится. Кажется, он что-то заподозрил. Понимает, что я не просто вампирша.
Начинаю думать о том, что будет после всего этого, и тут же отвлекаюсь. Кажется, целую вечность не участвовала в настоящей битве. Растеряла форму, ясно? И как только я ослабляю бдительность, оборотень вцепляется зубами мне в руку.
Вою от боли и шиплю от ярости. Роняю меч из поврежденной руки. Левой рукой вытаскиваю серебряный кинжал, спрятанный на поясе. Вонзаю его в череп оборотня и вырываю руку, когда его челюсти разжимаются.
Рычу сквозь зубы, как вдруг чувствую теплую ладонь, которая скользит по моему бедру и останавливается у живота. Волна жара пробегает по спине. От неожиданности у меня перехватывает дыхание, и в легких словно горит огонь. Жнец разворачивает нас, чтобы заслонить меня от битвы.
