— Нет… - тихо сказала девушка. - Сар’ар понадобится тебе, если начнется война с Мал Кешаром и снова появится та ужасная зверюга. Я… я сделаю это. Но ты будешь мне за это должен, Хозяин!
— Ну, насколько я понимаю, у тебя есть целое племя орков, которых мне почему-то нельзя убивать…
— Идет! - решительно ответила Церцея. - Вечная неприкосновенность для всего Клана Белой Змеи в обмен на одну зиму под снегом, - помедлив секунду, она строго добавила: - И никаких вопросов на змеиную тему. Никогда.
— Мелипсихона, мы снимаем лагерь, - распорядился Мал Хакар. - Все, что сможет долежать до весны, бросайте здесь. Сар’ар, мне нужен план трехдневного перехода до Болота Ужаса.
***
Кобра в очередной раз упала в сугроб. Некроманты не убили ее — за нее заступилась странная человеческая шаманка. Оркша не поняла и половины того, что эта шаманка сказала, а вторую половину просто не услышала — она постоянно теряла сознание. Ее левой руки больше не было, но она почему-то все равно болела. Единственное, что Кобре удалось понять — ее отпустили домой, пообещав убить, если она попадется на глаза еще раз. Похожая традиция была и у орков — отпущенному пленнику полагалось направляться прямиком в свое племя, где шаман проводил над ним необходимые ритуалы, смывая позор поражения. Так Кобра и собиралась сделать… вот только возвращаться ей было некуда.
«Хат кура дагак, Может, и к лучшему, - подумала она, лежа в снегу. - Хат дат-дат мар рон. Мар памрат тсат… Пакарат-Ракаб хат шарс во хогр…» (ороч. «Все равно мне не доползти. Здесь где-нибудь и помру… Смерть от обморожения не самая тяжелая…»)
Стоило ей прийти к такому заключению, как ее за шиворот вытащили из сугроба и она поняла, что легкая смерть от обморожения ей не светит.
— Паран-рон? (ороч. «Сестра?») - спросила она, не открывая глаз.
— Кут-кут, - ответил знакомый голос, после чего Кобру бросили обратно на снег, но уже лицом вверх. - Кат тар арх? (ороч. «Да-да… А где рука?»)
— Во хат тсат… (ороч. «Ее нет…»)
— Мар шисат — мар ки-паран-рон паран-варох Вужан, во рох марадар курашмот. Во ки-рат ы тсат во ки-варох рат вараг, во барат-варох тар ы га тар арх ы мур кураран паран-урх-шмот. Мар барат-шисат? (ороч. «Все ясно — моя младшая сестренка сбежала из Братства и стала грабительницей караванов. Но она была слабой и однажды она повстречала сильного врага, который победил ее и забрал ее руку и кольцо нашей матери. Я угадала?»)
— Кут, - печально ответила Кобра. - Тар барат-шисат, паран-рон. (ороч. «Да… Ты угадала, сестра.»)
— Тар хат башга-шмот… - проворчала Анаконда, садясь в снег рядом с сестрой, и награждая ее подзатыльником. - Ко мар рох тар? (ороч. «Безмозглая… И что мне с тобой делать?»)
— Га мар башга (ороч. «Оторви мне голову»), - предложила Кобра, за что получила еще один подзатыльник.
— Мар а паран-рон, - произнесла Анаконда. - Мар хат га тар башга, во хат башга-шмот. (ороч. «Сестра у меня одна… Я не буду отрывать ей голову, даже если в этой голове нет мозгов.»)
— Аааа… - удивленно потянула Кобра. - Тар ракат мар макарат? (ороч. «Ты будешь лупить меня плеткой?»)
За вопросом незамедлительно последовал третий подзатыльник.
— Ракат макарат хат-арх кират? - усмехнулась старшая сестра. - Мар хат кажрут. (ороч. «Лупить плеткой однорукую слабачку? Я не людоедка какая-нибудь.»)
— Ко тар рох мар? (ороч. «Тогда что ты со мной сделаешь?») - спросила вконец растерянная Кобра.
— Паран-шмот (ороч. «Замуж»), - огласила свой приговор Анаконда.
— Коооо? (ороч. «Чтоооо?»)
— Мар толкат, Кобра во рох тар рох, дат паран-шмот. Тар шисат? (ороч. «Я сказала — если еще раз выкинешь что-то подобное, выдам тебя замуж. Понятно?»)
— Мар шисат, - поспешно отозвалась Кобра. - Мар барат-рох кура-кура, мар варох а арх, мар дат барат-рагжан, мар слухат га-жон, мар хат дат паран-шмот! (ороч. «Понятно… Я буду упорно трудиться, я научусь сражаться одной рукой, я стану хорошей убийцей, я буду подчинятся приказам, только замуж меня отдавать не надо!»)
— Тар барат, - усмехнулась Анаконда, поднимаясь и протягивая руку сестре. - Мур дат мур рон. (ороч. «Вот и отлично… А теперь — мы возвращаемся домой.»)
Кобра попыталась взяться за протянутую руку левой рукой, но вдруг поняла, что руки нет. Несколько мгновений она переваривала этот факт, а потом протянула правую. Анаконда рассмеялась и оторвала сестру от земли за шиворот.
— Дат-дат, паран-рон (ороч. «Вперед, сестренка»), - сказала она.
***
Сборы были завершены. Наиболее важное имущество и провизию сняли с телег и разделили между членами отряда. Остальное вместе с телегами оставалось в лесу ждать весны. Сар’ар утверждал, что снегопады в этих краях бывают такие, что к середине декабря телеги занесет полностью.
— Так, народ, делаем все, как в тот раз, перед Царцинским сражением, - обратилась Вакилла к ведьмам. - Ой, прости, Амелия, ты ведь теперь старшая ведьма. Тебе слово.
