— Кут-кут-кут, мар Анаконда, - закивала оркша. - Слухат, ки-орк. Тар шисат мар паран-рон? (ороч. «Да-да-да, я — Анаконда… Слушай, гоблин. Сестру мою тут не видел?»)
— Кобра-паран? - переспросил гоблин, надеясь, что искомой сестрой окажется единственная оркша, чье местоположение ему хотя бы примерно известно.
— Кут-кут, - согласилась Анаконда. - Мар шисат во тсат… Тар хат паран-варох, Кобра. Тсат мар барад тар пар… - она взглянула на гоблина так, будто первый раз его увидела. - Тар тсат? Толкат мар дат Кобра. (ороч. «Да-да… Выходит, она все же здесь… Тебе не сбежать, Кобра. Сегодня я надеру тебе задницу… Ты еще здесь? Расскажи, как найти Кобру.»)
И гоблин рассказал все. Он рассказал даже то, чего пять минут назад не знал. И, хотя он не больше, чем на допросе трехдневной давности, представлял, где находится Кобра, он умудрился нацарапать на снегу подробнейшую карту местности и объяснил, где может находится лагерь.
— Тар барат, - похвалила его Анаконда. - Тар дат тар рон. (ороч. «Молодец… Можешь идти домой.»)
«Никогда больше не буду ловить рыбу в этом озере… нет, вообще никогда больше не буду ловить рыбу,»-пообещал себе гоблин, убегая.
— Ки-урк барат рон… - задумчиво произнесла Анаконда, глядя ему вслед. - А ки-орк на кура шисат-слухат… (ороч. «Полезный народец эти гоблины… Столько информации от одного…»)
***
— Вино линтанирского производства — четыре бочки, общей стоимостью восемьдесят золотых монет, древесина линтанирского ясеня — два полных вагона, общей стоимостью четыреста золотых монет, древесина листрийской сосны — половина вагона, общей стоимостью шестьдесят золотых монет, древесина черного дуба — половина вагона, общей стоимостью восемьдесят золотых монет. Ювелирные изделия из золота и серебра, определить стоимость затруднительно, но по общей стоимости металла — четыреста пятьдесят золотых монет. Итого товаров на десять сотен и семьдесят золотых монет.
— Спасибо, Мелипсихона, - кивнул лич. - Я уверен, что господин Ротвулф в конце концов получит за эти товары намного больше, но нас вполне устроит и такая сумма. Кстати, если учесть те пятьсот монет, которые я получил авансом, мы теперь на семьдесят монет богаче, чем были, когда переправлялись через Великую Реку. Нам с Сар’аром деньги ни к чему, но я думаю, будет справедливо, если вы с Церцеей разделите эти семьдесят монет между собой.
На тридцать пять золотых монет можно было полностью снарядить двоих тяжеловооруженных пехотинцев. Даже для государственного чиновника это была крупная сумма. Для Церцеи, происходившей из дворянской семьи, эти деньги были просто приятным подарком, но Мелипсихона, родившаяся в семье керлатского деревенского старосты, куда лучше осознавала размер этой суммы. Тем не менее, она покачала головой.
— Вы не должны награждать нас золотом за то, что мы просто выполняли свою работу, - сказала некромантка. - Если хотите, наградите Амелию и Никодима, которые совершили больше, чем были обязаны согласно присяге, помогая вам подавить мятеж Зазингела.
— А я возьму свою долю, - сообщила Церцея. - Накуплю новых платьев. Спасибо, Хозяин.
— Если вы закончили обсуждать зарплату, то у нас есть проблема, которую надо решить, - вмешался Сар’ар. - Летучие мыши сообщили, что с севера приближается снежная буря.
— Все настолько серьезно? - спросил лич.
— До Болота Ужаса три дня пути, но, если холмы занесет снегом, мы можем добираться до туда несколько месяцев, а то и вовсе до самой весны.
— Мы не можем отправится прямо сейчас — мы должны дождаться гномов и передать им товары.
— Как я и сказал, у нас проблема. Какие-нибудь предложения?
— Понятия не имею, - отозвалась Церцея. - Я вообще скоро засну от этого холода.
— А ты можешь? - спросил Ир’шаз. - Ты в самом деле впадешь в спячку, как змея?
— Конечно нет! - воскликнула девушка. - Человеческое тело на такое не способно.
— Значит нечеловеческое способно? - переспросила Мелипсихона. - В таком случае, полагаю, у нас есть решение.
— Поясни, - предложил лич.
— Вы возьмете наши основные силы — ведьм, упырей и самое необходимое из обоза — и совершите марш-бросок к Болоту Ужаса, чтобы перейти холмы прежде, чем их занесет снегом. А Церцея со скелетами и трофейными товарами останется здесь и дождется гномов. Она обменяет товары на золото, а весной перейдет холмы и присоединиться к нам.
— Это плохой план! - закричала Церцея. - Что значит весной? Предлагаешь мне здесь зимовать?
— Именно так. Скелеты могут без вреда для себя провести всю зиму под снегом. Гномьему золоту в сундуках тоже за одну зиму ничего не сделается. А ты, когда закончишь все дела с гномами, превратишься в змею и проспишь до весны — тебе даже еда не потребуется.
— Тебе сейчас тоже еда не потребуется, - пообещала Церцея, берясь за меч.
— Церцея, - остановил ее Мал Хакар. - Это возможно?
— Хозяин… - прошипела девушка.
— Это возможно? - еще раз спросил лич.
— В целом — да… Но это… неприятно.
— Мне стоит поручить это Сар’ару? Он тоже сможет перезимовать под снегом.
Сар’ар пробурчал что-то о том, что настоящие эльфы под снегом не зимуют, но лич сейчас смотрел только на Церцею.
