— Инье ханья’сина, Гиомбор, - отозвалась Мелодия. - Нан инье’айста элмэ ла кэ хехта’раксалэ ан Амарил араноссэ. Лебефаэ’эт’харан Амарил охтаритулка — той варнотавари, Нинкуэдил, а си Лилья ла пелла, укуэн ла кэ эстад сэ. У’Лилья а у’Нинкуэдил той эр кэ авалатья’артандо а лав’анфирини метья’пелери а санти. Лэ кэ ханья’номэмма элмэ апалумэ синавэ? Мин’а’тад йавакермиэ эпелоо манка’ан’норни а туву’малта. Ай элмэ ла кэ тьяр’манкалэ, элмэ найкэ хехта’манка Кналга ан лебефаэ коронари, йа на’Линтанири коронари малтакермэ лебефаэ’эт’харан. А сина ла илкуэн тарьяссэ — ай Амарил пелери ла апалумэ рер, элмэ апаплумэ майта эт хривэ. Ай санти апалумэ пелехта, элмэ хехта’Амарил йави ан лебене коронари, эпэ синья алди апалумэ люйа. Лэ ханья’манен лимбэ элдалли апалумэ фир-майта? (эльф. «Я знаю, Гиомбор… Но, боюсь, мы все равно не можем игнорировать угрозу дому Амарил. Пятьдесят процентов военной силы Амарила — это их дух-защитник, Нинкуэдил, и сейчас, когда Лили нет на месте, у них там нет никого, кто мог бы его призвать. Без Нинкуэдила и Лили им останется лишь затворится в цитадели и позволить нежити разорить сады и пашни. Ты понимаешь, в какой ситуации мы окажемся тогда? Половина урожая яблок продана гномам и золото уже получено. Если мы не сможем выполнить условия договора, о торговле с Кналга на ближайшие пятьдесят лет можно будет забыть, а это половина годового дохода Линтанира. И это еще не все — если поля Амарила не будут засеяны, следующей зимой нас ждет голод. Если сады будут вырублены, мы останемся без амарилских фруктов на полдесятилетия, пока не вырастут новые деревья. Знаешь, сколькие эльфы умрут от голода тогда?»)
— Инье ханья’ма ай ла варья’Магнолиа осто а лав’анфирини мапа’Эленсириа, Линтанири апалумэ ланта а илкуэн апалумэ фир’энтавэ (эльф. «Я знаю, что если мы не удержим крепость Магнолии и позволим нежити атаковать Эленсирию, то Линтанир падет и тогда умрут все»), - угрюмо ответил начальник гарнизона.
— Линтанири йалумэ симен тад менег коронари, - строго сказала сильфида. - Аласайла сама ма сэ ла кэ бронья’нурумма. Эленсириа — эр ирин. Линтанири апалумэ на’ай элдали льемма апалумэ на — сина лье элмэ найкэ варья, ла ирини, ла ости. Оторномма эт Феа араноссэ тулья’сина реста эт нелтаран охтари, Ландель а Сэллен араноссэ йеста’охтариэстад. Апа сина реста тул’сина, элмэ лэ махта’анфирини акуа. Ай Магнолиа осто апалумэ мара, элмэ апалумэ энтул-сэ. Меннай элмэ найкэ арати’котумо майвойнэ митта’мармма а наланта’ теллама. Элмэ мюрэ варья’охтариммма а сендамарди син айкуэн куалин апалумэ митта’анфиринихоссе. Сина ура йетамма — ай элмэ кэ уна паэ экар харан, элмэ апалумэ уна’паэ а тир’харан, ай харан экар менег — уна’харан а тир’менег. Си элмэ мюрэ варья’Амарил араноссэ. Ман кар’сина а манен лимбэ охтари сэ мюрэ? (эльф. «Линтаниру две тысячи лет… Самонадеянно думать, будто он не переживет нашей гибели. Даже Эленесирия — это всего лишь город. Линтанир будет существовать, пока существует народ эльфов — этот народ мы должны защищать, а не города или крепости. Наши союзники из дома Феа ведут нам на помощь три сотни воинов, дома Ландель и Сэллен начали мобилизацию. Когда эти подкрепления прибудут, мы сможем сразиться с мертвецами на равных. Если к тому моменту крепость Магнолии будет потеряна, мы ее отобьем. А до тех пор мы должны препятствовать любым попыткам противника углубится в нашу территорию и устроить рейд по тылам. Нам следует равно избегать и боевых потерь и гибели мирного населения — каждый погибший немедленно пополнит армию некромантов. Этим принципом и будем руководствоваться — если можно будет потерять десять или сто, мы пожертвуем дестью и спасем сто, если сотню или тысячу — пожертвуем сотней и спасем тысячу. Сейчас нам нужно предотвратить нападение на дом Амарил. Кто займется этим и сколько воинов вам нужно?»)
— Инье кар’сина, - немедленно вызвалась Исофиен. - Нелфаэ апалумэ фареа. (эльф. «Я сделаю это… Тридцати будет достаточно.»)
— Манен синавэ? - нахально поинтересовался кто-то из молодых витязей. - Анфинрини минья харья’харан’а’лимбэнэ охтари. (эльф. «Каким образом? В отряде нежити более сотни воинов.»)
— Ла тарьяссэ, - отозвалась фея, ничуть не обиженная тем фактом, что ее полководческий талант подвергают сомнению. - Элмэ апалумэ норта’той, терванта’той а кар’неума ара лебетаран Каллефон фракси. Сина алди харья’одофаэ ранги тариэ а нэл ранги тьюка. Элмэ апалумэ лом’майро а пилин эт алди. Анфирини рокуэни ла кэ кар’ма элмэ. (эльф. «Очень просто… Мы догоним их верхом, обгоним и устроим засаду около пятистолетних ясеней Каллефона. Эти деревья в двести футов высотой и в десять — толщиной. Лошадей мы спрячем и будем стрелять с деревьев. Наездники нежити ничего не смогут нам сделать.»)
Командиры рейнджеров зашептались, явно недовольные предложенным планом.
— Ай укуэн ла кэ куэт’сама массэ титтанэ охтари мюрэ, инье лав’Софи кар’самарья (эльф. «Если никто не может предложить плана, требующего участие такого же или более малого числа воинов, то я предоставлю это дело Софи»), - громко объявила Мелодия.
