— Так и есть, - подтвердил лич. - Са’оре возьмет две тысячи воинов и встанет позади линии фронта так, чтобы от ее позиции было по тринадцать миль и до Магнолии и до могильников. Таким образом, - он изобразил на карте нехитрый рисунок. - Эльфы совершат прорыв где-то в круговом секторе с дугой в семьдесят с половиной градусов, причинив при прорыве лишь незначительные потери. После этого, они, скорее всего, попытаются отрезать от основных сил и окружить либо Магнолию, либо мавзолей — в зависимости от того, считают они большей угрозой меня или армию нежити, — однако отряд Са’оре перехватит и остановит их, а затем Armi Ofded сомкнется у них в тылу и завершит окружение. Таким образом, мы сделаем возможность прорваться в лес нашей приманкой для эльфов, чтобы заманить их в ловушку. Даже в лесу тысяча эльфов ничего не сможет сделать, если ее окружат тридцать тысяч.
— А что это за дуги с градусами такие? - тихо спросила Вакилла Церцею.
— Понятия не имею, - отозвалась та. - Какие-то их магические штучки из Академии… Хозяин, - добавила Змея в полный голос, - Ты уверен, что хочешь поручить такое важное задание Никодиму? Как бы он не накосячил — отправь лучше меня.
— Не могу, - ответил Мал Хакар, - Твои отравляющие способности играют ключевую роль в нашем плане уничтожения Золотого Листа, так что ты нужна мне под рукой.
— План неплохой, но он потребует от нас полной координации действий между отрядами, -отметила Са’оре. - Как мы ее добьемся?
— Мелипсихоны нет, так что будем связываться через Печати Тьмы, - отозвался лич, дотрагиваясь до запястья Королевы Мертвых.
— Ну ты бы еще на лоб поставил… - проворчала жрица, разглядывая появившуюся на ее теле темно-зеленую метку.
— А я бы не отказалась… - усмехнулась Церцея.
— Господин, - сообщил Гакир, появляясь в дверях. - Там поймали какую-то оркшу, и она говорит, что она — Анаконда из Братства Убийц, и что она хочет с вами поговорить.
— Поймали оркшу посередь Линтанира? - усомнилась Вакилла.
— Поймали ту самую Анаконду, которая, говорят, перекусывает мечи зубами? - усомнился Мал Хакар.
— Ну, она просто вышла из леса и сказала вести ее к вам, - объяснил скелет. - Стоило сразу убить ее, как предложил Ку’ман’дан Дафейс?
— Нет, не стоило, - отозвался Повелитель Тьмы. - Ведите сюда.
— Ты ее знаешь, Хозяин? - уточнила Церцея.
— Это может быть опасно, Повелитель, - вставила Вакилла.
— Угомонитесь, - осадил девушек Мал Хакар. - Она — самый известный орк в нашем поколении, я хочу сам посмотреть на такую знаменитость.
— Вообще-то, Хозяин, ты тоже не абы кто, а самый известный человек в нашем поколении, - усмехнулась Церцея.
— Нет, навряд ли — наверняка еще не самый, - отмахнулся лич.
В этот момент Гакир ввел девушку в облегающем черном костюме, который непривычно было видеть на женщине. У нее были иссиня-черные волосы, а нижнюю часть лица скрывала маска.
— Лорд Хакар, - произнесла оркша на чистом веснотском, преклонив колено. - Я — Анаконда из Клана Белой Змеи, Великая и Обширная Империя.
Великой и Обширной Империей назывался союз орочьих племен, занимавший земли к северо-востоку от озера Вруг. Хотя Империя и была одним из самых могущественных племенных союзов, в основном она была известна лишь оркам — чужакам вообще непросто разобраться в сложных взаимоотношениях между тремястами племенами Гор Сердца. Возглавляемое Анакондой Братство Убийц, с другой стороны, было притчей во языцех. В Весноте о нем ходили в основном небылицы: будто бы во главе Братства стоят драконы, будто бы орки-убийцы способны взбежать вверх по отвесной стене замка или задержать дыхание под водой на семь минут, будто бы однажды они отравили целую реку, чтобы убить правителя, засевшего в неприступном замке. Но, попав в северные земли, Мал Хакар понял, что слухи скорее преуменьшены, чем преувеличены: Братство было для орков почти тем же, чем Алдуинская Академия была для людей. Имя Анаконды на севере знал каждый, но никто не мог толком рассказать, на кого она похожа.
— Я — Мал Хакар, Повелитель Тьмы, - представился лич. - Не могла бы ты снять маску?
Оркша отодвинула ткань от лица. Будь она человеком, Мал Хакар дал бы ей на вид лет двадцать пять. Для оркши черты ее лица были слишком аккуратными — если бы не землянистый цвет кожи, ее можно было бы счесть миловидной даже по человеческим меркам… и тем более пугающее смотрелись два глубоких шрама на щеках, выглядевших так, будто кто-то пытался ножом сделать рот девушки вдвое шире. Было не вполне понятно, является ли такое ранение частью какой-то жестокой традиции, а маска — частью униформы, или же Анаконда носит маску, чтобы скрыть увечье, как сделала бы на ее месте человеческая девушка.
— Так что привело главу Братства Убийц к нам? - поинтересовался Мал Хакар.
— Долг, - отозвалась Анаконда. - Кобра, которой вы сохранили жизнь, — моя сестра. Конечно, ей стоило бы самой отдать этот долг, но сейчас она в карцере — отбывает наказание за побег — так что я пришла вместо нее, как старшая из ее родни.
