— Это же ритуал, а не заклинание, - пожала плечами Са’оре. - Он сам выберет достойных смерти, и заберет их, а невиновных не тронет. Он может не забрать никого, а может забрать нас обоих.
— Это… - произнесла грозовая жрица, пытаясь подобрать слова.
— …более чем подходящее оружие для жреца, не так ли? - закончила за нее некромантка. - Если уж мы сами не будем верить в свою правоту, то кто нам-то поверит? Ладно, для тебя тоже есть работа — для ритуала нужна жрица-помощница. Не бойся, в центр тебе идти не нужно. Ты на древнем петь умеешь?
— Конечно, я же жрица - кивнула Балафиэль, хотя на самом деле даже среди жриц этот навык давно уже был не самым распространенным.
— Отлично, вот текст, - сказала Са’оре, протягивая эльфийке свиток с письменами. - Начинай петь это, когда появится первый Клинок Тысячелетней Муки.
— А как я пойму…
— Поймешь, - пообещал Сар’ар.
— Что это? - спросила Балафиэль, вчитавшись в письмена. - Я должна это петь?
— Ну уж прости — верховной жрице Ана’тел, которая создала этот ритуал, было на тот момент шесть лет, - вздохнула королева. - Текст многократно пытались изменить на более… серьезный, но ритуал не работал ни в одной редакции кроме первоначально варианта — видать, девочка поталантливей всех нас была. Да, кстати, - добавила Са’оре, повернувшись к Сар’ару. - Огненной ведьме ни слова об этом — она меня засмеет… Ладно, кто-нибудь хочет сказать судьбоносные слова?
— Да помогут нам духи… - прошептала Балафиэль.
— Души эльфов дома Тил’Ган и моих братьев из Золотого Листа жаждут предать Тинандира суду, - сказал Сар’ар. - Начнем поскорее.
Скелеты перестроились, образовав что то вроде моста, по которому Са’оре смогла пройти над рядами Легиона и добраться до Тинандира.
— Ну вот… - сказала она себе, когда до бурлящей золотой массы осталось десять шагов. - Столько было жрецов подостойнее меня, так почему ж я-то тут оказалась? - и прыгнула вперед, в жидкое золото.
Когда Са’оре направилась к центру поляны, а Сар’ар пошел выбирать оптимальную дистанцию для атаки, Балафиэль начала нервно озираться по сторонам. Вдруг она обнаружила рядом с собой скелета в таком же белом облачении, как то, что одела перед ритуалом Са’оре, и свитком в руках.
— Мал тенен Ана’тел, охо, - сообщил скелет вздрогнувшей эльфийке. - Мал каэйза ян тоноррихти сарэ келте. Рити ха имури. (древн. «Здравствуй, я — верховная жрица Ана’тел. Не могла же я пропустить первый Ритуал Принудительного Призыва в этом тысячелетии. Давай сделаем все вместе.»)
— А…ага, - испуганно пискнула Балафиэль, с которой впервые заговорили на древнем вне священной церемонии. - Охо, тенен рава… (древн. «Здравствуй, почтенная жрица…»)
В этот момент где-то на дальнем краю поляны сверкнула ослепительная вспышка, и Балафиэли не пришлось продолжать. Кроваво-красная волна энергии взметнулась до небес и рассекла поляну надвое. Эльфийка поспешно развернула свиток и начала петь — к счастью, древняя жрица вступила первой и Балафиэли было достаточно петь вторым голосом:
Хаар, рава Аба
Теовин нэй!
Сабара тел эра
Исора орей!
Теовин нэй
Ана эра
Исора орей
Шар Датама!***
Сар’ар, стремительно перемещаясь по невидимой окружности, нанес еще четыре удара, начертив на земле звезду. Сноп ярко-зеленого света ударил в землю по центру поляны. Балафиэль и Ана’тел пропели песнопение еще дважды, силясь заглушить крики, доносившиеся изнутри светоносного столба. Наконец, все стихло, свет померк и мертвецы начали расходиться.
— Кини-тэ, нери нэн. Хаар тама Ана, (древн. «Прощай, юная жрица. Увидимся в Мире Теней.») -произнесла древняя жрица и удалилась, оставив эльфийку в легком замешательстве.
Когда ряды мертвецов несколько поредели, появился Сар’ар с Са’оре на руках.
— Она же… - спросила Балафиэль.
— Смысла проверять пульс нет, но раз я еще здесь, значит и она в порядке, - отозвался призрак.
— А Тинандир?
— Исчез.
— Ваш воин сильно пострадал во время боя, - сказал тот скелет, которого Са’оре называла Родоначальником, подходя. Следом за ним несколько скелетов несли Дафейса. Вид у дрога был печальный — тут и там кости были обломаны — судя по всему, самим скелетом. Он пытался продолжать сражаться, отделяя от себя части, которые начинали превращаться в золото. - Мы заберем его на время, и вернем, когда он восстановит силы. Юной королеве скажи, что ее миссия еще не закончена.
— Она уже не хочет умирать, - отозвался Сар’ар. - Не так сильно, как раньше. В этом времени много интересных людей.
— Хорошо, - кивнул скелет. - Этеремизм — вера, сохраняющая естественный порядок вещей. Научите людей этой земли, иначе когда-нибудь они уничтожат сами себя.
Мертвые воины исчезали в бездонной пропасти и уходили под землю. Через некоторое время поляна опустела.
— Забирай свою королеву и уходите, - произнесла Балафиэль, поднимаясь. - Похоже, у вас есть работа, и Линтанира она не касается. Думаю, сейчас мои воины уже уничтожили Мал Хакара. Эта война окончена.
