Некоторые маги работали над постройкой нового храма, в центре Тиссофа, из-за которого святоша велел снести несколько зданий. Дита спокойно могла смотреть на вынос редчайших артефактов из Обители и сожжение единственных экземпляров некоторых гримуаров. Она могла это стерпеть. Но увидев, во что превратился всего за несколько месяцев её дом, а потом узнав о том, что жители Тиссофа лишились своих жилищ из-за очередного мерзкого капища Матери Света… Ярость пылала ярко и долго, и магичке не на ком было выместить её. Крики и проклятия — всё, что у неё оставалось. Молотить ободранными руками по стене своей камеры, ломая ногти, рвать на себе волосы и одежду, пытаться снять ошейник, любое шевеление которого оборачивалось стёртой кожей на шее. Раны кровоточили и не заживали. Так чувствовала себя Иветта, кричала и кровоточила, день за днём, и Дите было стыдно, что она не смогла вытащить девочку из подземелья в самые первые дни заточения.
Но теперь преемница Диты на свободе. У неё есть силы. У неё есть друзья, которые помогут.
Все жители Тиссофа подчинились Инквизиции. Выбора у них не было, ведь те, кто отринул учения Церкви, были казнены с самого начала вместе с магами. Смиренных и слабых, своих готовых верных рабов, Инквизиция, разумеется, не трогала, предпочитая охотиться на магов, стремившихся покинуть окрестности Тиссофа и оказаться подальше от княжеств. Сбежать удалось многим, многих же и возвращали сюда — в казематы, на костёр или в петлю. Костёр был излюбленным вариантом казни судей Инквизиции. До Диты доходили также слухи о том, что отряды Братства патрулировали Вишнёвое нагорье и Южный край, отлавливая нелюдей — эльфов, гномов и полукровок. Число беженцев невероятно возросло весной, некоторые прятались в Раздолье, другие в Грэтиэне, третьи и вовсе отваживались отправиться в Ардейнард под защиту герцога. Такое не устраивало святошу, и однажды он навестил Диту, чтобы поиздеваться и рассказать о своих будущих планах. Следующей целью станет Раздолье, затем Грэтиэн — Лек хотел возродить эльфийские резервации, отменённые ещё в 576-ом году.
Страдали не только чародеи, но и другие расы. Хуже вряд ли могло быть. Дита не питала привязанности к эльфами или гномам, однако дурой не была и помнила, сколько зла причинили люди этим народам. О войне людей и гномов уже позабыли, но с эльфами было иначе. Дита знала, как люди угнетали эльфов era`liver, каксожгли их город, как пытались предъявить права на Тор Ассиндрэль, который в то время был всё ещё полон жизни и процветания. Если Инквизиция придёт в Грэтиэн, целый народ исчезнет с лица земли.
Сторонников святоши становилось больше, и никто не мог ему помешать. Те, кто примыкал к Церкви ради того, чтобы выжить, отказываясь от сопротивления, были на порядок полезнее для магов, чем те, кто восставал против Инквизиции и её гонений. Некоторые горожане тайком передавали пленникам Обители еду и воду через подкупленных стражников. Братьев Зари можно купить, если знать цену, так что священное войско Лека Августа было полно предателей. В мире по-прежнему царили старые законы сотрудничества. Выигрывал тот, кто больше заплатил.
Комнаты тех, кому не нашлось места в подземелье, перестроили в камеры, и вот таким стал рабочий кабинет Диты. Из него вынесли всю мебель и книги, оставив там только голые стены, два ведра и обрывок одеяла. Скоро утешением для Диты стало знание о том, что в соседней комнате содержат Альберта Линуса, историка магии и бывшего преподавателя Ардейнардской Академии. Через какое-то время они проломили дыру в тонкой стене с помощью украденных вилок и стали поддерживать связь с друг другом, передавая послания. Бережливо расходуя один небольшой лист бумаги, который Альберт случайно нашёл у себя в камере, они обменивались предельно короткими фразами. Старик Линус думал, что Раздолье придёт за ними, но Дита в это не верила. Раздольцы никогда не пойдут на такой риск, если только не заручаться поддержкой эльфов… За Инквизицией стояли тысячи людей, пришедших к вере только сейчас или давно страстно желавших третьего восхода.
Иветта должна справиться. Если теория Радигоста была верна, если сказки о древних богах действительно имели место быть, у неё всё получится. Они узнают, кто такой Лек Август на самом деле и как ему удалось создать столько оружия против чародеев. Ошейники уже не удивляли, но приборы, способные засечь Первоначало и использование магии, были тревожным знаком. Фанатики до такого сами не додумались бы. Да и как бы они их создали, если для них нужна магия?
Инквизиция использовала то, против чего и боролась. Святоша заставлял людей поверить в то, что магия была создана Ригурдалом, но его оружие тоже было её результатом. И простой люд слепо подчинялся Церкви, не замечая очевидных вещей.
