– О том самом друге, с которым вы желаете попрощаться перед отъездом в Юстон? Полагаю, лучше нам заехать к нему после обеда, на обратном пути во дворец. И без вашей горничной.
Поскольку они говорили на французском, Луиза никак не могла скрыть пол своего друга. В кои-то веки она позавидовала англичанам и их грубому наречию, позволявшему высказываться более расплывчато.
Между тем карета подъезжала к Новой бирже, и кучер умело прокладывал путь через столпотворение экипажей у входа. Как только карета остановилась, ехавшие на запятках лакеи спрыгнули на мостовую. Один опустил ступеньки и замер в ожидании, готовый помочь дамам выйти. Второй расчищал для них путь в толпе, отвесив оплеуху некстати подвернувшемуся под руку нищему и вынудив супругу респектабельного горожанина сойти с тротуара в грязь.
Две дамы вошли в здание, горничная шагала позади. Лавки занимали два этажа. Здешние товары в основном предназначались для людей обеспеченных. Необходимые в хозяйстве вещи покупали в других местах, сюда же приходили за приятными излишествами.
Покорно следуя за мадам де Борд, Луиза поднялась на второй этаж. Двое лакеев не отставали, отчасти исполняя роли телохранителей, отчасти демонстрируя своим присутствием высокий статус дам.
– Обувь – лишь малая часть того, что вам понадобится, моя дорогая, – заметила мадам де Борд. – Здесь есть все необходимое. Платья, кружева, веера, плащи, шляпы, перчатки, муфты и даже прелестные кошельки на случай, если сядете за игорный стол. Значение имеет любая мелочь, верно?
Несмотря на все свои тревоги, Луиза приободрилась. Так приятно сбежать от однообразия и железных правил двора королевы хотя бы на несколько часов! К тому же благодаря лакеям месье Кольбера Луиза чувствовала себя важной персоной.
Месье Жорж лично стоял за прилавком в дальней части своего торгового помещения. Мадам де Борд он встретил как давнюю подругу, ведь в Париже они часто общались в ее бытность femme de chambre[11] Мадам, герцогини Орлеанской. Луизе стало любопытно, платит ли месье Жорж проценты мадам де Борд, когда та приводит ему новых покупателей. Почему бы и нет? Такова жизнь.
Когда обувных дел мастера представили Луизе, все трое незамедлительно склонились над альбомами с выкройками, разложенными на прилавке, и погрузились в оживленное обсуждение. Подмастерья сновали туда-сюда, поднося дамам образцы материалов, цветов и готовой обуви.
Увлеченная разговором, Луиза не сразу заметила, что в лавку вошла еще одна дама. Только когда месье Жорж вскинул голову и произнес: «Un moment, madame, si vous plaît»[12], мадемуазель де Керуаль обернулась, чтобы взглянуть на покупательницу. У двери стояла просто одетая женщина с лицом, скрытым вуалью. Луиза сразу потеряла интерес – перед ней явно простая горожанка.
Но, к удивлению фрейлины, мадам де Борд присела перед этой женщиной в реверансе и воскликнула:
– Мадам Хэксби! Какой приятный сюрприз! Не ожидала вас здесь встретить!
Англичанка ответила на несколько скованном, но все же довольно приличном французском, а затем вежливо отвернулась и стала рассматривать образцы крашеной лайковой кожи. Мадам де Борд возобновила разговор с месье Жоржем.
– А еще мадемуазель понадобятся комнатные туфли, – сказала она. – Дело очень срочное. Через день-два она отправится в загородное поместье высокопоставленного вельможи, и там она должна выглядеть элегантно даже в часы отдыха.
– Ах вот как? – Уголки рта месье Жоржа дрогнули. – Прекрасно вас понимаю. У меня в мастерской есть как раз подходящие туфли, мадемуазель. Разумеется, они обтянуты шелком, выкрашенным в изумительный темно-синий оттенок с узором из розовых цветов вишни. Подкладка тоже розовая и тоже из шелка. – Длинные пальцы обувных дел мастера так и порхали в воздухе. – И они украшены лентами. Сейчас принесу.
Извинившись перед дамами, месье Жорж скрылся в смежной с лавкой мастерской. Луиза перевернула еще одну страницу альбома с выкройками. Только что вошедшая покупательница подняла вуаль.
– Полагаю, мадам Хэксби нужно задать вам несколько вопросов, – тихо произнесла мадам де Борд.
Луиза нахмурилась, от неожиданности позабыв о хороших манерах:
– Это еще зачем?
Стоящая перед ней вдова – никто. Наряд этой особы не лишен определенного изящества, да и сама она почти красавица, и все же эта женщина ничего собой не представляет. Луизу удивляло, что мадам де Борд вообще до нее снизошла.
Англичанка, без сомнения, подслушивала, так как при этих словах тут же подошла к Луизе.
– Мадемуазель, – произнесла она и выложила на прилавок маленький, украшенный вышивкой кошелек, – вам знаком этот предмет?
Луиза уставилась на кошелек:
– Откуда?.. – Но она тут же осеклась, во рту пересохло, и ей стало трудно говорить.
Судорожно сглотнув, Луиза облизнула губы и постаралась ничем не выдать своих чувств.
– Где вы его нашли? – Она устремила на англичанку испытующий взгляд, на этот раз уделив ей пристальное внимание. – Мы знакомы? Я вас где-то видела.
