– Я могу вам рассказать кое-что о террористке Медине, а ты мне – по каким таким важным делам ушел Джуно. Ну и все остальное, что знаешь.
– Джуно ушел за мороженым.
– Что? Каким еще мороженым?
– Со сливами в арманьяке, фисташковым, пломбиром и с заспиртованным персиком. Разве не замечал, в Тимбукту совсем нет мороженого?
Анри открыл рот.
– Да ты издеваешься.
– Вовсе нет. Мы заказали мороженое в столице Бамако через ваших военных летчиков. Они должны привезти нам десерт в специальном контейнере. Теперь твоя очередь?
– Ты о чем?
– Ты сам только что предложил строить наше информационное партнерство баш на баш. Про Джуно я тебе рассказал. А что у тебя есть?
У него ничего не было. Рассказывать, что аль-Мадина аль-Мунаварра – город в Саудовской Аравии, было стыдно. Они и сами наверняка это знали.
Из подъехавшего к отелю белого внедорожника вылез Джуно и достал из багажника большой синий ящик.
– Нам надо выработать совместную тактику, – произнес Анри, наблюдавший за ним у входа в отель.
– Какую тактику?
– Джуно, как мы будем снимать арест террористки? Ну, чтобы друг другу не мешать?
Японец показал глазами на чернокожего водителя, мол, неужели другого места не нашел для обсуждения важной темы. Анри хлопнул дверью внедорожника и махнул одному из Кочегаров, сидевшему за рулем, давай, припаркуйся чуть дальше.
– Неужели ты узнал, где произойдет арест? – спросил японский блогер.
– А разве много вариантов? В мечети, конечно. Плохо, если на ней окажется пояс шахида. Тогда нам всем крышка.
– Не окажется, – сказал Джуно. – Мы с Шином думаем, что она вообще не террористка.
– Скорее всего… – Лицо Анри приобрело задумчивость, словно он и сам склонялся к мысли, что Медина никак не может оказаться террористкой. Выспрашивать у конкурентов, почему она не может быть террористкой, было стыдно! – Но в любом случае, Джуно, нам следует выработать партнерскую тактику! Это гражданским мирнякам-цивилам кажется, что в горячих точках все решает случай… Как, например, были сделаны знаменитые кадры выстрела американского танка по отелю «Палестина» во время штурма Багдада? Знаешь?
Джуно отрицательно покачал головой. Вряд ли японцу было удобно сейчас слушать Анри, но он не выказывал ни малейших признаков недовольства. Интересно, сколько он сможет так стоять перед ним – с большим синим термобоксом в руках, не двигаясь, как нэцкэ?
– Так вот. Тогда в Багдаде было два разных репортерских подхода. Русский оператор по прозвищу Горлито вылез на крышу гостиницы. Он не прятался, поставил камеру на высокий штатив и снимал открыто, как на мост через речку Тигр тихонько заползает американский танк
Джуно кивнул.
– Представь себе, американский танкист много дней не ел нормально и устал от собственной вони. Ему померещилось, что плохие иракские парни метят в его танк с пятого этажа гостиницы. И он пустил снаряд в то место, где что-то блеснуло! А там был оператор
Лицо Джуно скривилось, как у игрока на японской флейте хаяси от неправильно взятой ноты.
– Мы, синтоисты, убеждены: любое решение имеет последствия. Ты прав, случайностей не бывает. Поэтому давай дождемся капитана Жака и получим исчерпывающую информацию, как они планируют арестовать эту аль-Мадину аль-Мунаварру. И выработаем партнерскую тактику. Мне пора, Анри.
Сейчас бы выбить у него хорошим ударом ноги термобокс с пломбиром и сливами в арманьяке…
И Анри помог – открыл перед японцем дверь в отель. Все фигня, конечно, что они сейчас обсуждали с Джуно. Если бы американский танкист оказался не протестантом из Оклахомы, а ультраправым белым шовинистом из Нью-Йорка, он бы дал залп аккурат по крыше отеля, где маячила какая-то фигура. И не сомневался бы в своей правоте, ведь во время операции США по спасению иракцев эти самые иракцы должны сидеть в подвалах, а не маячить на крышах… В горячей точке никогда заранее не угадаешь, кто будет целиться в тебя из танка. Короче, полная фигня!
