Сидевшие в джипе братья Кочегар с интересом наблюдали за общением француза и японца через зеркала заднего вида. Поджарый европеец жестикулировал руками, двигал плечами, хватал себя за длинную рыжую челку и даже подпрыгивал на месте. Его собеседник-азиат, державший большой синий контейнер, стоял, напротив, неподвижно и в основном молчал.
– Почему рыжий так странно дергается, брат? – спросил Эмиль.
– У француза «пляска святого Витта», – сказал Арсен, – а у азиата столбняк. Нам с тобой, брат, поручено охранять ментально нездоровых людей.
И братья Кочегар расхохотались. Наконец азиат скрылся за дверями гостиницы, и забавное немое кино закончилось. Через минуту на заднее сиденье запрыгнул рыжий журналист. Он бормотал под нос грязные французские ругательства.
– Поехали! – крикнул француз. –
– Куда прикажете, месье Анри? – спросил Эмиль, сидевший за рулем.
– Куда поедем, шеф? – спросил Арсен.
Француз посмотрел на них с яростью, словно они сбили его с какой-то важной мысли (так показалось обоим братьям), и не ответил. Вдруг сорвал с шеи клетчатую арабскую куфию, крутанул ею в воздухе и завязал себе глаза. Братья следили за его действиями в зеркала заднего вида.
Махнул им рукой:
– Давайте! Езжайте вперед! По улицам! Как будто за вами погоня!
Эмиль тронул машину с места, резво переключился и нажал огромным резиновым шлепанцем на газ. Через мгновение белый
Репортер с завязанными глазами раскачивался на заднем сиденье влево, вправо, вперед и назад и вдруг заговорил громко и тревожно:
– С этого момента нам неизвестно ничего: куда нас везут и что может с нами случиться!
Большой белый внедорожник понесся по центральной улице
– Могу ли я доверять тем, с кем еду?! – Анри почти кричал. – Это страх и огромный риск! Ведь эти парни – проводники «Аль-Каиды»!
Эмиль посмотрел на Арсена и спросил на туарегском языке:
– Что думаешь, брат? Мы раскрыты? Он из
– Да, но как-то неожиданно, брат… – Арсен сверкнул белками глаз и сжал мощные черные кулаки.
– Вот они – люди «Аль-Каиды»! – опять закричал французский журналист. – Пришельцы с территории, где реет черного знамя боевого джихада…
– Гони за город, – тихо сказал Арсен по-туарегски, – а я повернусь и вырублю его с одного удара.
– Посмотри на небо, над нами уже висит беспилотник? – Эмиль крепко обхватил руль и подался вперед так, что большое черное лицо почти коснулось лобового стекла. – В пустыне нам от дрона не оторваться, брат…
Машина мчалась по древнему Тимбукту со скоростью девяносто-сто километров в час.
– Ты прав, брат, – Арсен всматривался в небо, – кажется, что-то блестит. Сворачивай во дворы, а я его там грохну.
– …Нам первым из международной прессы удалось попасть, – голос рыжего репортера срывался от волнения, – в этот труднодоступный район! Где нет государства! И где реет черное знамя боевого джихада!
Город закончился. Дальше начиналась пустыня. Белый
– Сейчас время молитвы. Смотрите, все магазины и лавки открыты, но продавцы разошлись по мечетям, и кажется, заходи, бери что захочешь… Но здесь никто не ворует. Правда, не совсем понятно – честность это или лютый страх?
– Ну, – Эмиль отпустил руль и посмотрел на брата, – будешь его вырубать?
– Этот чокнутый журналист не про нас говорит, – сказал на туарегском Арсен и посмотрел назад. – У него репетиция, как в театре.
– Ты прав, брат, – подтвердил Эмиль, – как в кафирском театре кафирской Европы. Честно говоря, он меня напугал.
Анри сдернул куфию с глаз, придвинулся вперед и наклонился между двух передних сидений:
– Это вы на каком языке говорите? И почему остановились?
Братья переглянулись. Эмиль завел внедорожник, развернулся и поехал в центр Тимбукту.
– Мы говорим на языке тамашек, месье Анри, – сказал Эмиль. – Это туарегский, наш родной язык.
– Мы говорили сейчас, шеф, о том, что вам очень хорошо удается голосом передать тревогу за судьбу нашей Северной Африки, – добавил Арсен. – Но позвольте спросить: зачем вы завязывали себе глаза?
– Вы спортом занимались? – Анри откинулся назад. – Баскетболом? Вот и у меня разминка, только репортерская. Давай, Эмиль, в гостиницу!
Эмиль фыркнул и сказал на туарегском:
– Давай, брат, отвезем его к нам домой, посадим в подвал, а потом позовем Оскара и других братьев, раз он так мечтает увидеть «Аль-Каиду».
– Рано. Еще не время, брат. – Арсен повернулся к Анри и, перейдя на французский, спросил: – Шеф, извините, а вы давно знакомы с месье Джуно и месье Шином?
– Давно.
– Хочу вам сообщить, они не японцы, шеф, а китайцы.
– О чем ты?.. Я их лет сто знаю. Они из Токио. Шин и Джуно – стопроцентные японцы.
Арсен пожал могучими плечами.
