– Он не делал различия даже с точки зрения того, пришел ли к нему представитель солидной газеты или это случайный паломник с Востока. С итальянцем он говорил на интересующие того темы – и об итальянской культуре, и об итальянской политике. Англичанину отвечал на вопросы, связанные с злободневными британскими проблемами, и здесь тоже можно найти много неожиданного материала. Но свою позицию, свою точку зрения по проблемам общечеловеческим он высказывал в равной мере убежденно и русскому, и иностранному журналисту.
Из интервью У.Б. Стивенсу, журнал «Корнхилл мэгэзин» (США), 1892 г.
…Граф перевел разговор на общие вопросы о положении и обязанностях редакторов органов печати. Редактор, вообще журналист должен, по его мнению, уметь противиться тем искушениям, которым он подвергается по роду своей профессии, и, следовательно, должен обладать чрезвычайно сильным характером.
– Представьте себе, например, – сказал он, – положение издателя газеты, которая находится на грани банкротства. Спасти свою газету он сможет только в том случае, если раздует какую-нибудь сенсацию, благодаря которой газета пойдёт нарасхват. Предположим, что как раз в этот момент поссорились из-за чего-то две страны, и вот уже запахло порохом. У нашего издателя появляется удобная возможность обогатиться: стоит только начать будоражить людей и распространять сенсационные сообщения. Человек, занимающий подобное положение, должен владеть поистине огромной властью над собой, чтобы не поддаться этому соблазну.
– Раскрывал ли Толстой иностранцам свои творческие планы, как это было, скажем, в интервью Молчанову?
– Некоторые рассказы о его замыслах есть как в российских, так и в зарубежных беседах. Но зарубежные интервьюеры меньше всего интересовались литературной кухней Толстого. Для них он был скорее учителем жизни. Вопросов типа «над чем Вы сейчас работаете?» почти не задавали. Больше формулировали так: «Что интересного в русской литературе?» Его ответы были неожиданны: иногда он хвалил писателей, которых мы благополучно забыли, и недооценивал некоторых замечательных художников.
– Хотите сказать, он был пристрастен…
– Это говорит о том, что ничто человеческое ему было не чуждо.
Из интервью Арпаду Пастору, газета «Эшт» (Венгрия), 1910 г.
– Вы хотите посмотреть, как живут в Америке эмигранты? И Вы будете писать о них?
– Да.
– Сложное, очень сложное дело. А как вы думаете о них написать?
– Или сухо изложу факты, которые соберу, или переработаю их в художественной форме.
– В художественной форме?
И снова на его губах заиграла насмешливая улыбка, даже похожий на покашливание смешок вырвался из-под лохматых седых усов…
