Дочитать чужое послание не удалось.
На плечо Мии Мелтон легла сильная рука и она, вздрогнув, выронила листы. Сердце бешено заколотилось, словно грозя немедленно выскочить из груди, девушка попыталась вскочить, однако возникшая невесть откуда Вион стиснула ее плечо, надавила, заставляя оставаться на месте. Она следила, она догадалась, она специально дала это проклятое письмо именно Мии, хотя могла дойти до гонца самостоятельно! Змея!
Мия рванулась снова, и хмурое выражение на загорелом лице Вион стало холодным; в темных глазах застыло насмешливое презрение.
− Какая низость — читать чужие письма, − заметила она. — Томиранские разведчики и шпионы настолько глупы и нетерпеливы, что удивительно, как король Алисон еще не запретил своей армии отправлять их.
− Низость — это обсуждать других людей за их спиной со своей покровительницей! — звонко крикнула Мия. Цепкие пальцы сжались еще сильнее, и ей стало почти больно.
− Хотите сказать, это необоснованно?
− Все, что я хотела, уже сказано!
− Замечательно, тогда вставайте, − Раймонда Вион наконец убрала руку, и Мия смогла вскочить на ноги. — Отдайте вашу шпагу, фемита Брукс, и кинжал тоже. Вы арестованы за шпионаж и самозванство.
Нет! У Мии и в мыслях не было сдаваться, не сцепившись с врагом, не бросившись в бой, но промелькнула идея применить магию Огня. Плохая идея, скоро хлынет дождь, и зальет все пламя, а Раймонда еще и добавит воды. Поэтому девушка выхватила из ножен шпагу, отступила назад, нарочно наступив на проклятое письмо каблуком, чтобы втоптать бумагу в черную влажную землю. С неба упала первая капля — крупная и звонкая, и Мия быстрым движением руки смахнула влагу со своего носа. Все получилось донельзя глупо и нелепо, а теперь придется расплачиваться за недальновидность — им обеим.
Герцогиня Вион выхватила шпагу и лихо отразила торопливый выход девицы Мелтон.
Та бросилась на нее снова, полная праведной ярости и желающая немедленной мести за свой провал и чужую подлость. Вода чувствует Огонь, стремится его загасить, подавить уничтожить, так было и будет всегда — так сражались далекие предки томиранского короля и марентийской королевы, навеки утратив древнее колдовство. Проснувшиеся в двух женщинах силы обещали лишь новые войны и распри.
У Мии в крови пылал жаркий огонь, и она наступала, ни на минуту не задумываясь о том, чтобы сдаться добровольно в плен. Тогда все будет кончено! Уже все кончено! Она ловко орудовала шпагой, как ее учили в гвардейском корпусе, но у Раймонды Вион имелось куда больше опыта, и в какой-то момент резкий удар острого металла по ее шпаге точно обозначил печальный исход. Эфес шпаги выскользнул из вспотевших девичьих пальцев, оружие мягко упало на траву, уже изрядно залитую водой. Застыв на месте, Мия ошарашено смотрела на свои мокрые грязные сапоги, прилипшие к пальцам тонкие перчатки, хлюпающую под ногами лужу, по ее лицу стекали тонкие струйки. Огонь не заметил льющуюся с неба воду во время боя — интересно, а заметит ли Вион пламя на своем мундире, если в сухую погоду схватиться с ней и использовать магию?
Легко и просто выхватить кинжал из ножен, сложнее удержать его в руках, когда замах шпаги грозит получить рану или потерять пару пальцев. Отведя руку в сторону, Мия замерла. Короткий весенний дождь кончился, а вместе с ним и безнадежный бой.
− Здравствуйте, дорогие сударыни.
Чей это голос?!
Мия скосила глаза на широкоплечего рослого мужчину со светлой кудрявой шевелюрой, что стоял в нескольких шагах, от них, насмешливо улыбаясь. Его золотистые глаза оставались при этом настолько злыми и холодными, что девушка сразу поняла: перед ними не человек. Не существует в мире Террана людей, прожигающих ненавидящим взором все живое. Появился он тоже внезапно, словно бы из воздуха.
Раймонда ничего не сказала в ответ, лишь вопросительно смотрела на незнакомца.
− Владыка всей тьмы Терраны, Марениус, к вашим услугам, − любезно, но не без ехидных ноток в бархатном голосе сказал он и отвесил легкий шутливый поклон. — Должен извиниться за грубость моих подчиненных. Эссенты — неживые души, у них нет ни чувств, ни мыслей, они лишь выполняют мои приказы, так что изволили перестараться.
