И, произнеся эти холодные злые слова, Шанталь с силой толкнула кардиналиссу в зеркало.
Стеклянная твердь не ушибла ей лба, но расступилась перед Анной черным провалом-аркой, приглашая во владения Марениуса, буквально в плен. Запахло гарью, тленом, кровью, кардиналисса проваливалась все глубже, и все сильнее затягивало ее сознание губительной чернотой, как вдруг по щеке скользнула пушистая мягкая шерсть. Бесстрашный маленький Ангел прыгнул в зеркало вслед за хозяйкой.
Она упала на угольный песок, охнула от боли и огляделась. Здесь не было ни людей, ни растений, ни птиц — лишь красное небо, черная земля под ногами, сера и пепел от пожарищ. И снова жара. А в голове билась вспугнутой птичкой единственная мысль: «за что?». Как могло так сложиться, что она, глава марентийского духовенства, пережившая родителей, любимую сестру и племянника, и еще очень многих, пала жертвой коварства.
− Мяу! — крутился у ног Ангел, и звал, отчаянно плача. — Мяу!
− Обманули нас с тобой, ангелок, − невесело сказала Анна, поднимаясь и отряхивая сутану. — Что будем делать.
Улегшись на землю, котенок зевнул и закрыл глаза — пришлось подхватить его на руки и идти вперед, куда глаза глядят. Сознание Анны или что там от него осталось, прояснилось, исчез туман из головы, ну конечно, мертвые не испытывают подобных проблем. Теперь у нее появилась непростая задача — первой за всю историю вселенной Террана выйти из Темного Царства. Смешно — никому такого не удавалось, хоть с котенком, хоть с комнатной собачкой, хоть с лиравийским попугаем.
Вдруг женщина остановилась, охнув от неожиданной легкой боли. Ее укусил за палец Ангел.
− Ну и зачем ты это делаешь, безобразник? Мы же…
Вместо ответа котенок спрыгнул с рук хозяйки и неторопливой поступью большого породистого кота, направился в обратную сторону, время от времени оборачиваясь на нее и щуря умные золотистые глаза. Пришлось Анне последовать за ним, доверившись звериному чутью, но идти пришлось довольно долго — или она просто устала от саднящей боли в ране, которая снова напомнила о себе, и мучительной жары. Вряд ли мертвых мучают столь насущные проблемы, значит, кардиналисса, бывшая в миру Арин Балмонт, еще жива.
Остановившись, Ангел громко мяукнул, не оборачиваясь, и присел, давая возможность Анне, как следует, рассмотреть узенькую извилистую тропинку из желтого песка. Возможно, она была спасительной, возможно, кот помог ей, и, обрадованная кардиналисса взяла малыша на руки, прежде чем пойти вперед, по указанной дороге. Как знать, может быть, пройдя новый путь, она сумеет расплатиться с вероломной Шанталь Матиа по ее заслугам?
Анне очень хотелось в это верить.
Глава королевских стрелков ликовала.
Стоя у зеркала, вновь вернувшего прозрачность и не отражающего ничего кроме комнаты, Шанталь тихо смеялась своей победе. Кто бы мог подумать, что могущественная кардиналисса, от которой зависела половина власти в стране Маренто, будет сперва проткнута кинжалом, а затем предана из-за ее смешной наивности. Разве можно доверять женщине, враждующей с твоей племянницей едва ли ни с детства? Такое позволительно только дурам и дуракам, не имеющим, к тому же, власти. Какие-нибудь крестьянки могли бы наивно похлопать глазами и пойти участвовать в малоизвестном ритуале, но для главы духовенства это непозволительно.
Вывод был прост и напрашивался сам собой: глупая Анна сама завела себя в зеркало и на тот свет. В Темном Царстве не жалуют духовенство, так что можно не сомневаться, что кардиналисса не вернется оттуда, а это означает, что и с Раймондой будет покончено. Шанталь посмотрела на свое счастливое лицо, отражающееся в зеркале и, заметив край выглядывающей из-под чалмы повязки, с досадой вздохнула. Обидно упустить преступницу, да еще и так нелепо. Но теперь она сделает все, чтобы не промахиваться и в дальнейшем постарается занять место Раймонды Вион.
Она не стала ничего объяснять слугам, да ее и не спрашивали. Пока Шанталь спускалась по высокой лестнице огромного и мрачного особняка, ни одна служанка не высунулась, чтобы спросить, где госпожа. Наверное, им не было до кардиналиссы никакого дела, даже, несмотря на ее рану. Исчез даже белый котенок, бросившись за хозяйкой в зеркало — туда и дорога.
Вернувшись во дворец, фемита Матиа первым делом попросила срочной аудиенции у Ее Величества, и заявила о странном и страшном исчезновении кардиналиссы Анны, бывшей в миру Арин Балмонт, и королева, разумеется, встревожилась.
− Как это случилось? — медленно спросила она, побелев лицом и сплетя крепко пальцы в замок.
− Мы беседовали в ее кабинете, Ваше Величество, и я наклонилась, чтобы погладить котенка, − без зазрения совести и, не моргнув глазом, заявила Шанталь. — А когда выпрямилась, она уже исчезла. Сначала я решила, что она удалилась к себе, но никто не мог ее найти. Даже слуги.
С минуту королева молчала, обдумывая услышанное, потом чуть вздохнула и кивнула главе королевских стрелков.
