— Тренировки, — повторила я, мне понравилось это слово. — Это же не про вязание, прямую спину или реверансы?
Её улыбка перешла почти в насмешку, морщины на щеках и губах говорили о прожитой жизни, полной смеха.
— Нам предстоит узнать глубину твоей пустоты, вариации твоего дара. Единственный способ — использовать его под руководством, научиться владеть своим даром..
— Владеть своим даром, — я произнесла с удовольствием, ощущая щекотку энергии на кончиках пальцев. Никогда раньше я не владела ничем, кроме иглы для вышивки. — Учи меня. Я готова.
— Нет. Ты избита, с жестокой раной на виске, которая требует лечения, — она вздохнула. — Даже если бы ты была судьбой, у меня нет теней для поглощения. Но есть один особый ткач смерти, у которого теней достаточно, чтобы накормить четыре пустоты на всю жизнь.
Мой желудок сжался.
— Я рада, что Малир меня спас, правда рада, — сказала я, — но мне неинтересно быть рядом с ним.
— Всю ночь он был рядом с тобой, охраняя твой сон, пока другие обязанности не позвали его, — сказала она, словно он делал это из заботы обо мне, а не исходя из того, что я могла бы принести ему пользу. — Он твой предначертанный, Галантия.
— А Арос — предначертанный Лорн. Если ей удалось избежать связи и отвергнуть свою аноалею, то и я смогу.
— Тебе назначена судьба, полная испытаний и боли, цена, которую наша богиня требует за второй шанс на жизнь, — сказала она. — И это касается вас обоих.
— Я не слепа к тем трудностям, через которые прошёл Малир, — возразила я. Но страдания прошлого не оправдывают каждый проступок настоящего. — Возможно, судьба ошиблась.
— Судьба ткётся с точностью, а не наугад; каждая нить, кажущаяся ошибкой, на самом деле необходимая часть сложного полотна жизни. — Марла ненадолго прикусила нижнюю губу. — Однако вмешательство твоей матери было словно дергание за паутину, слишком сложную, чтобы я могла полностью её осознать.
Это слово вызвало тонкий прилив тревоги.
— Леди Брисден… Она… — Я сглотнула тяжело и поставила чашку на прикроватный стол. — Она… умерла от ран?
Марла покачала головой, но в этом был намёк на удивление и некое сопротивление.
— Я ничего не знаю о её ранах, и знать не могла, ведь её не нашли ни среди живых, ни среди мёртвых.
Внутри меня поднялась надежда на то, что она могла выжить.
— Может, ей удалось сбежать?
— Возможно, — сказала Марла. — Лорд Брисден сбежал на одном из кораблей. Она могла быть на борту вместе с ним.
После того как он узнал, кто я такая, а моё существование оказалось живым доказательством её предательства… маловероятно ли это?
Льняная ткань тихо зашуршала.
Я опустила взгляд на пол у кровати. Там, в импровизированном лагере из пуховых и хлопковых подушек, словно собранных по всему замку, лежал Себиан. Он развалился на одеялах так, что это казалось крайне неудобным — следствие беспокойного сна, как и цвет его обычно смуглой кожи, ныне бледный.
— Он тоже настоял на том, чтобы остаться с тобой, ни разу не покидая покои. — Марла медленно обошла кровать, затем присела рядом с ним. — Время покажет, почему судьба так тесно переплела вас. — Она осторожно потрясла его за плечо. — Себиан, она проснулась.
Себиан пошевелился, сонными конечностями помогая себе сесть. Изумрудные глаза встретились с моими, и он улыбнулся по-настоящему, тепло, вызывая трепет в груди. Боги, как я скучала по этой улыбке.
Марла поднялась и направилась к двери.
— Я найду принца Малирa и сообщу, что ты проснулась.
— Он раньше смотрел в сторону дверей подземелий, — сказал Себиан. — Если его здесь нет, может, найдёшь там.
Марла покачала головой.
— Надеюсь, нет, иначе я переживала бы за его состояние.
Себиан дождался, пока она уйдёт, прежде чем подняться и сесть на край кровати, взгляд сужен, явно оценивая рану на моей голове.
— Как ты себя чувствуешь, дорогая? Голова болит? Тошнит?
Я провела рукой по его щетине, наслаждаясь лёгкой шероховатостью.
— Просто болит. Спасибо, что достал меня.
— Жаль, что не могу полностью приписать себе заслугу, но… без Малирa мы бы тебя не нашли. — Его улыбка исчезла, уступив место серьёзности. — Ты меня ужасно напугала, милая. Нас обоих.
— Лорд Брисден узнал, что я Ворона, и послал за мной охрану, — объяснила я. — Я пыталась выбраться из Тайдстоуна, прежде чем они поймают меня, но вся башня… обрушилась прямо на меня.
— Да, одна из баллист сработала преждевременно, когда верёвка внезапно загорелась, а никто не успел вовремя заметить. — Он убрал прядь волос с лица, заправив её за ухо, прикосновение задержалось, словно он собирался с духом. — Слушай, после того как ты сбежала из Дипмарша, у меня было много времени подумать. Я должен был сказать тебе, что связал себя шесть лет назад. Я должен был рассказать о своей предначертанной, вместо того чтобы оставить тебя без прощального поцелуя и в неведении, что удерживало меня от этого. За это прошу прощения.
Несмотря на тяжесть его слов и грусть в голосе, в груди появилось лёгкое тепло от искреннего извинения.
— Расскажешь мне о ней теперь?
Он долго смотрел на меня, лицо отражало целый спектр эмоций, затем кивнул и поманил к себе.
