Когда директор вызвал в кабинет его, Руда и Мелиссу, Том уже заранее готовился обороняться и сдерживать гнев, но… Все пошло по иному сценарию. Директор был растерян тогда. Он рассеянно перетасовывал конверты на столе и, казалось бы, долго не мог определиться, для чего он их вообще вызвал.
— Вы… несомненно, принесли победу своему факультету, — начал он, — но также подвергли себя большой опасности, спустившись вниз. Это может повлечь за собой гнев попечительского совета. Недавно было собрание, и многие уважаемые лорды и леди были недовольны самой идеей соревнования, внимая ваш возраст. Если отбросить формальности, то его разрешили только потому, что не верили, что вы справитесь. Поразительно…
Третьекурсники взволнованно переглядывались между собой, не зная, что ответить.
— Кто был инициатором? — директор Диппет строго посмотрел на них.
— Я, — без колебаний ответил Том, сделав шаг вперед.
— Я должен был догадаться. Мисс Эйвери, мистер Лестрейндж, возвращайтесь в спальни и можете рассказать своим друзьям, что завтра их ждет приятная новость. А вы, — директор обратился к Тому, — задержитесь немного.
Руд сочувственно похлопал Тома по плечу и ушел. Мелисса была хмурой и, выпорхнув из кабинета, громко хлопнула дверью, но директор и бровью не повел на этот выплеск бунта.
— Вы всегда учились хорошо, Том, но с недавних пор ваш прогресс выглядит еще более впечатляющим. Могу ли я предположить, что в этом есть заслуга профессора Слизнорта?
Том с первой секунды понял, что директор испытывает опасения, схожие с его. Но ему казалось неправильным обвинять в чем-то Слизнорта, когда он столько ему дал: организовал дополнительные уроки, ввел в круг своих знакомых, снабдил полезными артефактами и предметами и научил всегда держать наготове слизеринскую хитрость.
— Профессор Слизнорт оказал большую услугу Слизерину, — Том, не моргнув, ловко отделил связь между собой и профессором, пристально глядя директору в глаза.
— Соглашусь, — директор встал, опершись ладонями о стол, — но я вынужден попросить вас дать мне некие обещания и взять их с ваших помощников. Первое, никогда не повторять тот маршрут в секцию. Второе, никогда не заходить в секцию. Третье, никому не рассказывать о том, как вам это удалось. А четвертое…
Миг тишины.
— Если столкнетесь с чем-то странным, то сообщите мне. Вы согласны, Том?
— Да, сэр, — у Тома в горле пересохло от понимания, что он идет не просто по опасной тропе, а по очень-очень опасной.
После разговора с директором Том столкнулся с враждебностью сокурсников. Победа, принесенная им, пошла против него — в этом Эрни Розье постарался.
— Ты мог позвать всех нас, — процедил Эрни утром в гостиной.
Довольно громко. Его сразу же услышали и притворились, что вместо завтрака у всех есть дела посерьезнее. Том в этот момент рылся в сумке, поставив ее на спинку кресла. Когда он услышал голос Эрни, по его спине пробежали мурашки. Едва ли в мире Том ненавидел что-то больше, чем людей, устраивающих публичные разборки. Ненавидел по той причине, что устранять их потом крайне сложно — логично, что первым подозреваемым в убийстве будет тот, с кем накануне была ссора.
Иногда Том поражался своей холодной прагматичности.
— Это было спонтанно, — Том ответил беспечным тоном и улыбнулся.
— Для спонтанности слишком хорошо спланировано.
— Предлагаешь мне начать оправдываться?
— Ты должен. Или полукровка возомнила себя кем-то?
Решено — Том убьет Эрни.
Требование Эрни, разумеется, он проигнорировал и вышел из гостиной с гордо поднятой головой и надменно прищуренными глазами. Ночью Том долго не спал, размышляя, как ему поступать дальше. В этих размышлениях, кишащих яростью, грустью и плохими предчувствиями, он нашел утешение и осознание — глупо сожалеть о своем выборе. В любом случае, Том уже не будет прежним, так что смысла сомневаться и играть по старым правилам нет. Поэтому ссора с Эрни была ожидаемой, и Том был к ней готов. Он принял решение терпеть Эрни, как мелочную неизбежность, и на этом успокоился.
Третий курс оказались единственными, кто дышал на него неприязнью.
Когда Том появился в большом зале, он услышал аплодисменты, а когда с удивлением поднял взгляд от пола, то обнаружил, что аплодируют ему. А вот этого он не ждал и был несказанно поражен. Наверное, впервые в жизни Том абсолютно не знал, как ему реагировать. На него смотрели с одобрением, указывая на большие песочные часы, состоящие из четырех колб, в которых колба с зеленым песком была заполнена доверху. Другие факультеты чуть сникли и смотрели на них более благовейно.
Слизнорт кивнул ему и постучал пальцем по уголку губ, подавая Тому немой знак улыбнуться. Том так и поступил.
Его быстро подхватили под руки пятикурсники, усадив рядом с собой. Они радостно сообщили — благодаря его победе им отменяют все тесты на следующей неделе.
— Как это удалось? — спросил его юноша со смоляными кудрями.
— О, случайность, — Том быстро засунул в рот ложку с кашей, чтобы иметь полное право отмалчиваться.
