Да, вспомнил! Азар рассказывал какую-то историю про индийского раджу и его супругу. Потом мы с ним вошли в галдящую залу и я все недоумевал, почему история Азара произвела такое сильное впечатление на Иннокентия Валерьевича. Видя мое замешательство, Азар вызвался объясниться, остановившись прямо посреди залы, игнорируя снующих с подносами официантов.
В полушутливой своей манере, Азар разъяснил, что карьерой своей ресторатора, обязан был Иннокентий Валерьевич высокому чину в городском исполкоме, обеспечивающему "Чайку" непрошибаемой протекцией — Вадим Вадимычу Захарову. Омрачали славную эту подельничью дружбу лишь слухи об адюльтере между Иннокентием Валерьевичем и супругой Вадим Вадимыча — Софьей Сергевной. Склада Вадим Вадимыч был вспыльчивого, благоговея при этом перед супругою, и, если вдруг отыщутся под слухами основания, Иннокентию Валерьевичу придется несладко, так как имея Вадим Вадимыча супостатом, шансов у него и впредь радовать состоятельных гостей блюдами русской кулинарии не останется совсем. Так и осталось для меня загадкой, как в неявной аналогии с конфликтом индийского князя и неприкасаемого, сумел Иннокентий Валерьевич услышать строгий наказ.
Потом было скомканное представление Азара перед Катей, Толей и Николаем. Азар представился пространно, некой абстрактной номенклатурой высшей инстанции, имеющей отношение к министерству образования, а потому вовлеченным в процесс подготовки визита комиссии на нашу кафедру. Сказать по правде, представление его вполне удалось. Внешность его, хотя и несколько особенная, была явно чиновничьей, высокого ранга. Он был в дорогом черном костюме по худой фигуре, с блестяще белыми манжетами, воротником сорочки и зубами. Лысый и глазастый, он производил несколько подозрительное впечатление при первой встрече, но постепенно оно рассеивалось, в облаке обильного и искрометного словоизвержения.
— Я не ошибусь, если обращусь ко всем нам, здесь присутствующим — педагоги! — говорил Азар, — Вы обучаете студентов, я в отдаленном прошлом, тоже имел честь этим заниматься. Мне, правда, близка больше историческая и философская наука, нежели техническая или даже физико-математическая.
Он извинялся за то, что вслед за Геннадь Андреичем, осмелился нарушить приватную встречу старых товарищей и сетовал, что редко стали встречаться старые друзья и все больше теперь случаются спорадические встречи на лету. Что и сам он страдает этими болезнями, встречает старых знакомцев неожиданнейше, не могучи позволить себе расслабиться, и повспоминать, поворошить былое.
Незаметно при этом оказался в комнате официант, и безо всякого смущения и даже прерывания, речь Азара, направленная на пояснение своего здесь присутствия, перетекла в затрапезную.
— Я позволю себе зарекомендоваться гурманом, — говорил он, — так как немало попутешествовал и попробовал всякого. Поэтому с вашего позволения, возьму на себя смелость предложить основные блюда для сегодняшнего ужина. Нисколько, конечно, не навязывая своей рекомендации.
Он незаметно заказал еще вина. Того самого Шардоне, которое выбрал Николай, назвав его одним из отличнейших выборов "Чайки". После этого Азар принялся перелистывать меню, давая весьма развернутую оценку тому, что видел. "Грузди со сметаной и зеленью", "Гороховый суп с бараньими ребрышками". Помню, как замечал я, что товарищи мои, поначалу недоверчивые, постепенно включаются в разговор с Азаром. Вот уже Толя с Катей заулыбались на саркастические замечания Азара в отношении оригинальных наименований русской кухни и вот уже дают даже некоторые комментарии ему в ответ.
Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг решил, что важным будет признаться, что золотая карта "Чайки", благодаря которой все мы здесь собрались, в действительности подарена мне Азаром. Я сказал также, что до сих пор не представляю, благодаря какому достижению был я так облагодетельствован, но Азар, в свойственной ему манере, проигнорировал мой комментарий, ответствовав шутливо, что иногда, науке требуется придать некоторого непрямого ускорения, чтобы правильным образом укрепить мотивационную составляющую.
Под продолжающиеся разговоры о прелестях "Свиных купатов из печи", которые особенным образом вывариваются, а потом запекаются, отчего приобретают нежнейшую мармеладную консистенцию, нам принесли и разлили вина. Наступило время заказа основного блюда и официант принял угодливую выжидательную позу. Мы конечно не стали состязаться с Азаром в гастрономических познаниях и отдали заказ ему на откуп, и, надо отметить, совершенно не прогадали. Азар с видом важным и даже профессиональным, выполнил поручение, уточнив у официанта некоторые подробности о способах жарки чеснока, сортах картофеля в гарнире и способах обработки свиной вырезки, о которых, с моей дилетантской точки зрения, знать мог либо непосредственно изобретатель яства, либо крайне изощренный повар. Смущенный официант, не ответивший и на треть вопросов взыскательного гостя, ретировался с нашим заказом и списком не отвеченных вопросов.
