Джегг немного жалел, что теперь ему нечем больше заняться — он стал таким же сторонним наблюдателем, как и все остальные. Священник старался отвлечься от тягостных размышлений, любуясь Астер: её точными движениями и сосредоточенным выражением лица. Минута за минутой время проплывало мимо, и между ними и Эйнхерией оставалось всё больше пространства. А потом «Цитадель» сообщила о том, что арьергард заметил корабли преследования. Капитан-центурион немедленно озвучил стратегию обороны (видимо, обдуманную заранее). Если преследователи подойдут критически близко, габаритные транспортники развернут перпендикулярно курсу общего движения, а их экипажи тем временем эвакуируют на шлюпках на более быстроходные корабли. На облёт транспортников легиону Эйнхерии потребуется время, а основная флотилия сможет увеличить скорость.
Но этого не потребовалось. Довольно скоро преследователи стали отставать. Корабли арьергарда с недоумением следили по своим радарам за их перемещениями и пришли к выводу, что… легионеры врезаются друг в друга.
«Ну конечно! — Джегг едва не рассмеялся в голос. — Их навигаторы не справляются с ручным управлением внутри потока — они, видимо, в отличие от нас не договорились о базах позиционирования и поправочных коэффициентах для каждого корабля, а просто рванули с места с ускорением в каких-нибудь 4g. Ведь с отключённым ретранслятором не только мы отключены от интерсети — они тоже! Это так… глупо, что даже предугадать было невозможно».
Прошла ещё пара томительных часов и Астер объявила:
— Мы подлетели к воротам. Я отвела «Гибралтар» немного в сторону. Хэла, передай, что мы теперь будем транслировать позиционные координаты точки входа до тех пор, пока все не прыгнут.
Почти сразу после сообщения Хэлы произошло что-то странное: коротковолновый радиоэфир ожил ритмичными сигналами, исходившими сразу от всех кораблей поблизости.
— Что происходит?! — повернулась Астер к Джеггу. Он ободряюще положил руку ей на плечо, со всей отчётливостью ощутив, до какой степени она до сих пор напряжена.
— Это… старая традиция связистов. Они так… аплодируют. Тебе.
— А-а… — протянула Астер, растерянно усмехнувшись. — Просигналь им, чтоб не валяли дурака. Их навигаторам ещё в ворота аккуратно надо войти.
— Всё будет хорошо, — уверенно сказал Джегг. Он хотел бы обнять её, но оба сидели пристёгнутыми к креслам.
Один за другим корабли стали исчезать в воротах. Только «Цитадель» ловко сманеврировала, зависнув с противоположной стороны. Видимо, центурион тоже решил лично проследить за эвакуацией пёстрой флотилии. Но вот уже переправились даже грузовики. Астер снова повернулась к мнемосхеме.
— А теперь, пожалуйста, сядьте все ровно и постарайтесь расслабиться. Особенно те, кому это в первый раз.
Мир моргнул. Джегг читал описания ощущений от перехода, но всё равно это было ни на что не похоже. На какое-то мгновение, длившееся вечность, он перестал существовать. А потом возник снова. Как и корабль, и люди внутри него.
Он протянул руку, радуясь, что сидит рядом с Астер и может дотронуться до неё. Девушка сжала его пальцы и со вздохом облегчения откинулась в кресле: корабль снова поймал внешнюю интерсеть. Лавина экстренных запросов и вызовов обрушилась на «Гибралтар». Но сейчас это не её проблема. Пусть разбирается Хэла. Астер закрыла глаза, чтоб не расплакаться от запоздало накатившего шока. Так глупо! Теперь-то плакать чего?
Джегг с Хэлой ушёл доставать капитанский мультикуб из импровизированного передатчика и возвращать систему связи корабля к нормальной. Нала отправилась в свой медблок составлять список недостающих материалов, которые надо пополнить на Орионе, а Сегой заявил, что пойдёт заедать стресс кексом. Астер рада была бы к нему присоединиться, но не решалась пока отойти от мнемосхемы. Да, полёт протекает по заданной траектории, несколько кораблей, в том числе «Цитадель», идут параллельными курсами, а ей всё ещё неспокойно.
— Было феерично, — сказал Эжес, о существовании которого Астер совершенно забыла. — Я впервые оказываюсь в гуще таких знаковых событий.
Девушка вымученно улыбнулась. По масштабу это, пожалуй, превосходило всё то, в чём и ей прежде приходилось участвовать.
— Ты словно Орлеанская дева, именем бога ведущая войска за собой…
Он ещё что-то говорил, но Астер почти не слушала, путаясь и в собственных впечатлениях. Но Эжес подошёл ближе и взял её за руку. Его ладонь показалась ей странно сухой, шершавой и будто бы неживой, совсем не такой, как руки Джегга. У Джегга они… она не смогла бы это описать.
— Но я должен спросить, о звезда моего сердца, — продолжал между тем поэт, — вы с чёрным священником — пара?
— Ч-что? — Астер с трудом вынырнула из собственных мыслей. — Пара ли мы с Джеггом? В смысле, вместе ли мы спим?
Она отрицательно покачала головой.
— Нет. Но мы отличная команда.
